Быль о трех тополях

Понедельник, Октябрь 11th, 2010

Вскоре после того, как прилетела в Мариуполь весть о том, что царь отрекся от престола, кряжистый кузнец Яков Перков решил соединить свою судьбу с судьбой статной дивчины Даши. Уже через год родила она ему сына. На радостях счастливый отец посадил рядом с домом тополек, чтобы рос он ровесником первенца — Петра. А чтобы не засох, Дарья щедро поливала его. И не знали они, что далекие-далекие предки мариупольских греков считали тополь деревом скорби.

Малограмотным им был неведом древнегреческий миф о первенце бога Солнца Гелиоса — Фаэтона, слезно вымаливавшего у отца возможность всего лишь раз прокатиться на колеснице, в которой каждое утро Гелиос поднимал и катил по небу Солнце. На беду отец уступил просьбе молодого сына. Но тот не удержал своенравных лошадей, и Солнце с колесницей устремилось к Земле.

Чтобы оно не сожгло ее, Зевс метнул молнию и сбросил ею Фаэтона с колесницы. Лошади, почуяв свободу, унеслись вместе с Солнцем к Гелиосу, а Фаэтон упал в реку и утонул. Долго скорбел Гелиос еще более — его сестры Гелиады. Они ни на миг не уходили с берега реки, взявшей их брата. И тогда сжалился Зевс и превратил их, неутешных в скорби, в тополя.

Не читали, наверное, Яков и его жена поэму Тараса Шевченко «Тополя», написанную на основе легенды, в которой шла речь о том, что не дождавшаяся своего суженого и понуждаемая матерью выйти замуж за богатого, дивчина выпросила у ворожейки зелья, выпила его и стала тополем (по-украински — тополей). А если и читали, то не придали бы этому значения. Поэтому когда родился Виктор, посадили второй, а с рождением Сергея — и третий.

***

Росли сыновья, а с ними и тополя, радуя сердца родителей.

После школы сначала Петр, а затем и Виктор пошли по стопам отца, стали на заводе кузнецами. А Сергей, несмотря на уговоры родителей, окончил летное училище и приехал домой уже летчиком в середине того далекого и злополучного июня. Ничего не зная, в воскресный день села за стол под тополями в полном составе семья Перковых. За этим столом и застала их весть о том, что началась война.

Сергей в тот же день уехал в свою часть, а Петр вместе с отцом ушли в понедельник в военкомат. Петра мобилизовали, а Якова признали негодным по здоровью. Ушел на фронт Петр, а за ним и Виктор. И остались Яков с Дарьей наедине с тополями.

А потом пришли в Мариуполь немецкие оккупанты со своими зверскими порядками. И за то, что Яков отказался идти работать на завод, расстреляли его. И осталась Дарья без мужа и без вестей о своих сыночках. И часто в тоске подходила она к тополям и разговаривала с ними и молила бога за сыновей.

Но не помогли молитвы. Не вернулись все трое с войны. И осталась она, горемычная, наедине с тополями, которые теперь заменили ей и Петра, и Виктора, и Сергея. Старела она, а тополя становились все кряжистее. И вот однажды, когда начали строить многоэтажки, пришли к ней и сказали, что будут сносить ее дом.

- А как же тополя?! — вскинулась она.

- А как тополя? Спилим и все тут. Есть генеральный план города.

Начала Дарья Степановна обивать пороги чиновников, но всюду слышала одно и то же: тополя спилят. И тогда она в отчаянии, как в последнюю инстанцию, пошла в военкомат:

- Вы взяли навечно трех моих сыновей. Оставьте хоть тополя, которые стали памятью о них. Ведь каждого из них мы с покойным мужем назвали их именами.

Сердцем почуял военком-фронтовик, что значат для матери эти три дерева, и добился, чтобы их сохранили, а квартиру Дарье Степановне дали в доме, невдалеке от тополей. И она каждый день приходила к ним, сколько могла. А потом и сама угасла. А тополя остались жить. Остались живыми памятниками ее сыновей, деревьями скорби по них.

Николай РУДЕНКО.

Добавить запись в закладки:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Facebook
  • Мой Мир
  • Twitter
  • LiveJournal
  • В закладки Google
  • Яндекс.Закладки
  • del.icio.us
  • Digg
  • БобрДобр
  • MisterWong.RU
  • Memori.ru
  • МоёМесто.ru
  • Сто закладок
  • email

Оставить комментарий