ФУТБОЛ МОЕГО ДЕТСТВА

Понедельник, Июль 16th, 2012

 

 МАЛЬЧИШНИК в самом разгаре, мы едим шашлык, приготовленный Сашей Степановым, потягиваем водочку и среди обязательных застольных тем всегда вспоминаем свое детство: благо окружающая нас местность к этому располагает. Много лет назад там, где стоит дом Степанова и раскинулись сад и огород, были сельский рыночек с несколькими рядами лавочек для торговок, мясной павильон и пункт приема металлолома. А на свободной площади мы, пацаны, с рассвета до заката гоняли мяч. Футбол нашего детства накрепко вошел в нашу память, потому и незлобиво, с юмором укоряем Сашу Степанова: «Ты лишил нас футбольной площадки, с тебя причитается». И наполняем свои рюмки.


На что Саша (впрочем, уже давно не Саша, а уважаемый Александр Дмитриевич Степанов, ответственный работник профкома «Азовмаша») нарочито возмущается: «Других тем нет, что ли, чертовы пенсионеры! Вспомнили детство!..» Но к старости острее ностальгия по прошлому, а начало тому — детство с единственным выразительным увлечением — футболом. Какие летом кипели футбольные страсти на базарной площади! Причем захаживали сюда и ребята с соседних улиц. Глядя, с каким упоением гоняем тряпичный мяч, уподоблялись нам. Помню свои всегда побитые ноги. Мать лечила мои окровавленные ногти керосином, перевязывая белой тряпкой, плакала и умоляла меня найти другое занятие, но увлечение было настолько сильным, что ее увещевания оставались пустым звуком. Особенно тогда, когда у нас появился первый каучуковый мяч размером с утиное яйцо. Внештатным наставником у нас был Виталий Толмач по прозвищу Карасик. Был он намного старше нас, играл, по-моему, в сборной команде тогдашнего Сартанского района и однажды по-обещал организовать встречу с районной юношеской командой, призвал нас серьезно тренироваться, всячески помогал нам. Наконец этот день настал, наши гости были в спортивной форме и бутсах, мы откровенно завидовали им. Игра началась. Карасик судил этот матч и, по всему видать, болел за нас, шкетов. Мы носились по полю, как черти, и не давали гостям никаких шансов овладеть мячом, что очень злило их. В конце концов они позорно проиграли, но деланно не придавали этому значения. Даже стали общаться с нами, намекая на то, что юношеской команде нужен резерв и, кто знает, может, кому-то из нас когда-нибудь повезет. Их капитан спросил у Карасика, кто тренирует нашу команду, но себя он не выпячивал и назвал нашего капитана Толю Толмача по прозвищу Лом. Еще гости спросили у Карасика, почему мы цепко держим мяч и совершенно «не мажем», на что Карасик обратился ко мне: «Мизя (мое прозвище), принеси-ка ваш мяч!» Я отыскал в траве каучуковый мяч и принес ему, тот продемонстрировал его нашим соперникам: «Пацаны впервые играли с большим мячом, потому и не дали вам никаких шансов выиграть».

И ВСЛЕД за этим достижением произошло следующее. Но прежде чем рассказать о нем, поясню читателям, почему я назвал своих друзей детства по прозвищам. Дело в том, что хотя играл в футбол вместе со всеми, я был запасным игроком из-за малого роста, и мне не светило никаких перспектив. Свою злость я выражал тем, что придумывал прозвища: вышеупомянутого Толю Толмача я окрестил Ломом, Юру Бычкова — Бычком, Виталика Були — Китом, Федю Шпака — Гулой (по-гречески — шея). Играли в нашей команде и Слон, и Баран, и еще какие-то пацаны с подобными прозвищами. Кто-то окрестил меня Мизей, мне мой футбольный псевдоним нравился, в юности я чуть-чуть видоизменил его и стал писать стихи, надеясь когда-нибудь выпустить поэтический сборник под этим псевдонимом. Вот тогда, издеватели, узнаете, кого не принимали в команду!

И однажды представился случай показать, на что я способен. В тот день, когда наши пацаны встречались с юношеской сборной, я ходил сердитый, как стая волков, и сам не знал, что делать: взял ножницы и белые кальсоны, которые обрезал под размер трусов, и с чердака наблюдал за игрой. Болел не за своих, а за соперников, которым игра не давалась. И вдруг на поле что-то случилось. Ребят старался утихомирить судья Карасик, но не тут-то было. Из всего этого я понял, что он за какое-то нарушение назначил пенальти в сторону ворот наших гостей. Пока команды выбирали выгодные позиции, Лом готовился пробить мяч. Обычно он долго думал, прежде чем ударить по воротам. И вдруг меня осенило: вот он, мой час! Молнией спрыгнул с чердака и побежал к полю. Лом всегда проделывал обманные движения к мячу, и в один из моментов я вырвался вперед, со всей силы ударил по мячу, который, минуя все заградительные кордоны, влетел в ворота. Я замер на месте, ожидая удара Лома под мою задницу. Но что это? Почему он медлит? Ожидание показалось вечностью. Игорь Хараман, мой друг и защитник, уже было приготовился защитить меня, но Лом почему-то не наказал. Может, в душе он признал, что был несправедлив ко мне? Да и Игоря, видимо, побоялся.

ОТНОШЕНИЯ с Ломом стали улучшаться, и теперь настал черед рассказать о втором достижении нашей «базарной» команды. Время от времени пацанва охотилась за металлоломом, сдавая его старику, заседавшему в рундуке, как мы называли его деревянный киоск.

Мы делали набеги на МТС (машинно-тракторную станцию) и прихватывали все, что плохо лежит. Однажды мне крупно повезло, я обнаружил в траве связку бронзовых втулок, кем-то, видимо, спрятанных для таких же, как наши, целей. С наступлением темноты мы с Толей приволокли их домой и не могли дождаться утра, чтобы предстать пред очи старьевщика, кстати, принимавшего не только железо, но и тряпки, бумагу, кости и другое старье. Втулочки — это вам не тряпье, дорогой дядя приемщик, который, как всегда, дремал. Завидев связку бронзовых втулок, он оживился и стал наперебой предлагать свой товар: глиняные свистки, расчески, зеркальца, хозяйственное мыло. Но мы стояли на своем: платите, мол, деньгами! Попутно замечу, что он, как замечали мы, обманывал нас, занижая вес и скрывая истинные цены, и по-своему наказывали его. На задней стенке рундука мы оторвали доску и вытаскивали накануне сданный металл.

- Значит, хотите только деньги? — разочарованно переспросил и нехотя согласился. Денег, по нашим подсчетам, много. На что их потратить, мы с тезкой заранее продумали. Ну, конечно же, на футбольный мяч, такой же, как у юношеской сборной. В культмаге мы купили мяч, а на оставшуюся сумму – пряников. Лом распорядился достать велосипедный насос. А пока пацаны надували мяч, мы уплетали пряники. Наши ребята завистливо смотрели на это действо и проглатывали слюну. Наконец с пряниками было покончено, и Толя, оттолкнув неумех, сам стал подкачивать мяч. Понял, что нужна и шнуровка. На ходу смастерив ее, Лом покачал пахнувший еще дерматином мяч: «Пошли играть! А ты, Мизя, следи, не дай Бог, чтобы кто-то его не украл или не повредил». Окрыленный доверием, я четко выполнял свои обязанности, но оказался бессильным, если мяч попадал в чей-нибудь огород. Тетя Варя ненавидела нас из-за шума и гвалта, которые мы издавали и мешали в обед спать. Зато, когда мяч залетал в ее владения, злорадствовала: «Попались, соколики! Теперь век вам не видать вашего футбола». Но все же человеколюбия в ней было больше, она через час-два шла на уступки, но предупреждала: «Еще раз шпульнете в огород, пеняйте на себя». Игра переносилась в другой конец поля, но страдал от этого другой огород, хозяева которого были не такими жестокими и даже поощряли нас, жалели, как родных: почти все мы лишились отцов, они погибли на фронте. Часто в минуты отдыха мы ложились в траву и глядели в бездонное синее небо, в котором кружили быстрые стрижи, мечтали, как встретим своих отцов. Но чудеса не происходили, и мы вынуждены были слушать рассказы Юры Бычкова (прозвище — Бычок) о подвигах его дяди Роди, героя-летчика, громившего немецкие позиции. Юра на ходу сочинял свои рассказы, мы их знали наизусть и нередко, когда он завирался, поправляли его. Под вечер, когда абсолютное большинство футбольных игроков разошлось, к нам подошел дядя Костя Пачаджи и предложил: «Давайте-ка, ребятишки, сфотографирую. Вырастете, вспомните свое футбольное детство». Но годы шли медленно, нам трудно было представить себя взрослыми. Вот кто на этой фотографии: первым стоит Толя Лом — как это он согласился дать в руки мяч Сашке Водопьянову (Барану). Третьим на снимке — Федя Щердиц, называемый нами Минды Пуп, а за ним — тот самый Юра Бычков, или Бычок, за которым — Толик Мишутин (Шахай). Рядом с ним — Федя Шпак (Гула), за ним — Игорь Хараман (Гуд-Гуд), предпоследний — Сашка Пачаджи (прозвище Обезьяна), а замыкающий — я, в детстве Мизя, а теперь Анатолий Балджи, ваш покорный слуга, до сих пор преданный футболу своего детства. У нас были свои футбольные кумиры. Память подсказывает мне множество фамилий, известных тогда всей стране: Эдуард Стрельцов, Пономарев, Яшин, Чанов, Метревели, Месхи, длинней этот список, длинней! И, конечно, не уйдет из памяти Вадим Синявский, спортивный комментатор Всесоюзного радио, чьи репортажи мы с упоением слушали под мощным репродуктором, который вещал на всю округу. Не было тогда у нас дома радиоприемников, а тем более телевизоров, но информация из уст Синявского, его интонация были убедительными и неподражаемыми.

БОЛЬШОЙ футбол моего детства нельзя сравнивать с нынешним, как и весь спорт вообще. Футбольные клубы имели большие предприятия (например, автозавод имени Лихачева) или министерства — «Динамо», в командах не было легионеров. И миллионеров тоже. Хотя выдающиеся футболисты жили значительно лучше, чем рядовое народонаселение, например, имели приличную зарплату и автомобиль «Москвич», а то и «Волгу». Мы же не стали футбольными знаменитостями, хотя футбол многое дал нам в жизни, например, волю к победе. Сколько раз в жизни мы проявляли это качество — не счесть! Именно за это я благодарен футболу моего детства и своим ровесникам, с которыми провел свои детские годы на базарной площади.

Устав от разговоров на тему внутренней и внешней политики страны, перемыв косточки всем политикам и олигархам, определившись, кто одобряет курс на НАТО и ЕС, а кто нет, мы вновь возвращаемся в свое футбольное детство, вспоминаем, кого уже нет с нами, а кто «далече» — судьба разбросала нашу футбольную команду по многим странам. А мы здесь, на том самом месте, где некогда кипели футбольные страсти, едим шашлык и пьем водочку за наши трудные, но счастливые детские годы, которым, увы, нет возврата…

 

Анатолий БАЛДЖИ

http://pr.ua/news.php?new=16294

Добавить запись в закладки:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Facebook
  • Мой Мир
  • Twitter
  • LiveJournal
  • В закладки Google
  • Яндекс.Закладки
  • del.icio.us
  • Digg
  • БобрДобр
  • MisterWong.RU
  • Memori.ru
  • МоёМесто.ru
  • Сто закладок
  • email

Оставить комментарий