Гимназия: Старый корпус

Понедельник, Июль 25th, 2011

Старым его стали называть в 1960-е годы, когда у здания бывшей гимназии, в котором расположился Мариупольский индустриальный техникум, два корпуса с тесными клетушка­ми-аудиториями, с низкими потолками, в общем, в современном, так сказать, стиле. А для Александровской гимназии этот корпус был новым, вожделенным и долгожданным.

4. Старый корпус

Почти четверть века гимназия ютилась в неприспособленных антисанитарных поме­щениях, которые город снимал у местных купцов. О том, в каких условиях проходили там занятия, точную зарисовку сделал Александр Серафимович в 1897 году: «Здание мужской гимназии (частное) страшно неудобно, тесно и точно специально выстроено, чтобы губить здоровье поступающих туда детей. В восьмой класс с трудом просунуты скамьи учеников, доска, учительский стол и стул, больше же, в буквальном смысле, не остается квадратного фута свободного пространства, и ученики, если им угодно немного размяться, вздохнуть после часового сидения, должны прыгать через головы друг друга, через скамьи, доску. Когда в прошлом году гимназию посетил попечитель округа, он с великим трудом (и не меньшим удивлением) мог только войти туда, повернуться же негде было; персонал и директор выгля­дывали из дверей. Воспитанники каждый раз выходили из этого милого помещения в состо­янии тяжелого угара».

Вопрос о постройке специального здания для главного в Мариуполе учебного заведе­ния обсуждался, по обыкновению, долго и нудно — годами. Наконец в 1894 году городская управа объявила конкурс на лучший проект здания гимназии, которое должно обойтись не более чем в 100 тысяч.

В конкурсе приняли участие многие архитекторы, они проектировали объем и размер школьных помещений, вентиляцию, освещение, отопление, расположение классных комнат и устройство ученических столов, исходя из требований только что возникшей в ту пору науки — «школьной гигиены». Правда, для этого денег требовалось значительно больше, чем отпускала мариупольская дума (забегая вперед, скажем, что здание в конечном счете обо­шлось-таки не в 100, а в 185 тысяч), но архитекторы настойчиво уламывали скуповатых заказчиков. «Общественную школу, — писал один из них, — без самого полного применения гигиенических требовании и этнологических видов — можно уподобить даровой или деше­вой кухне для бедных, в которой — ради экономии — пища приготовлялась бы из испорчен­ных, непитательных продуктов».

Проект, признанный в том же 1894 году наиболее удачным, премированный и позднее осуществленный, принадлежал одесситу, академику архитектуры Николаю Константинови­чу Толвинскому. Это был талантливый зодчий, по его проектам выстроены, в частности, здание Судебных установлений (ныне Управление Одесско — Кишиневской железной доро­ги) в 1894 году, здание медицинского факультета университета в 1899—1900 годах (ныне Одесский медицинский институт имени Н. И. Пирогова), он занимался частичной пере­стройкой дома Абазы (ныне музей Западного и Восточного искусства).

Тем не менее даже после утверждения проекта и ассигнования нужной суммы стены новой гимназии вырастали на редкость медленно: что-то каждый раз заедало в громоздкой бюрократической машине. Можно с уверенностью сказать, что стройка была бы закончена не в XIX, а в XX веке, если бы не деятельное участие А. С. Серафимовича, который через газету «Приазовский край» настойчиво и неустанно подталкивал «отцов города» к активной деятельности.

«…Уже есть деньги, правительственная ассигновка, и место под постройку отведено, но дело ни на шаг не продвигается, — писал он в феврале 1897 года. — Надо бы помнить думе, что под лежачий камень вода не течет, если, как ссылается дума, задержка исходит от началь­ства округа, так ведь надо же хлопотать, объяснить кому надо всю сущность постройки».

Когда директор гимназии Г. И. Тимошевский в отчете за 1896 год, не желая ссориться с Д. А. Хараджаевым, который сдавал городу свое «лучшее здание» за немалую сумму, уклон­чиво написал, что помещение в общем-то сносное, но «по числу учеников недостаточно», это вызвало возмущение Серафимовича: «Мне, может быть, сделают возражение: ну да, зда­ние действительно никуда не годится (в смысле помещения для гимназии), но что же де­лать? Как что делать? Да хлопотать настойчиво, упорно, не покладая рук, не замалчивать, а вслух и всем говорить, что здание НИКУДА, НИКУДА НЕ ГОДИТСЯ, а не писать в отчетах, что «удовлетворяя необходимым требованиям» и пр., а так и писать, что это злая, ужасная яма, гибельная для детей. И почему это в отчете ни слова о том, что делается (и делается ли что-нибудь), чтобы подвинуть дело постройки гимназии вперед?»

Под влиянием этих гневных выступлений дума постановила приступить к строитель­ству, чтобы не терять времени, и уже в ходе работы утрясти некоторые недоразумения с выс­шим начальством. Но решение опять остается на бумаге, и Серафимович опять атакует думу: «…Время уходит, на месте постройки не делается никаких приготовлений, не подвозится материал, а там и половина лета пройдет, и опять в долгий ящик дело отложится».

Строительство здания завершилось лишь в августе 1899 года, а 18 октября состоялось его официальное «освящение». Любитель подробных отчетов, Г. И. Тимошевский скрупулез­но фиксирует, что после освящения гостям был предложен завтрак, чего, сколько и за кого пили, в каких случаях пели «Боже, царя храни» и кричали «сочувственное ура» и что вечером гимназистам и гимназисткам «были предложены угощения и танцы».

Лев Яруцкий

«Мариупольская старина»

Добавить запись в закладки:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Facebook
  • Мой Мир
  • Twitter
  • LiveJournal
  • В закладки Google
  • Яндекс.Закладки
  • del.icio.us
  • Digg
  • БобрДобр
  • MisterWong.RU
  • Memori.ru
  • МоёМесто.ru
  • Сто закладок
  • email

Оставить комментарий