Клубы в старом Мариуполе

Вторник, Август 2nd, 2011

1845 год в истории Мариуполя был богат событиями. Во-первых, закончилось строительство и состоялось освящение Харлампиевского собора, ставшего украшением и гордос­тью города. Во-вторых, он удостоился посещения великого князя, второго сына Николая I, Константина Николаевича, будущего строителя военно-морского флота державы, его глава. Одновременно произошло и печальное событие: городской голова Чебаненко, считая, что развалины казачьей крепости портят городской пейзаж, приказал их уничтожить окончательно, чем лишил Мариуполь драгоценнейшей реликвии седой запорожской старины.

Не менее значительным событием было и открытие в 1845 году первого в городе клуба, который официально назывался Мариупольское Общественное Собрание (для важности все три слова писались с заглавной буквы). Его основателями, членами и завсегдатаями были в основном местные купцы или, как они иногда для пущей важности сами себя называли, коммерсанты. Для них то время было не самым лучшим, потому что с тех пор, как возник город и порт Бердянск, появился опасный конкурент, и торговый оборот Мариуполя стал заметно снижаться. Но по инерции дела пока что шли еще совсем неплохо, и богатые него­цианты рассуждали: делу, конечно, время, но и потехе, без сомнения, надо выделить час. Вот для того, чтобы в богоспасаемом Мариуполе можно было поразвлечься, пообщаться в не­принужденной обстановке, перекинуться в картишки, пропустить рюмочку-другую и вооб­ще, как говорится, отдохнуть душой и телом, они и создали Общественное Собрание.

Демократично объявив, что членами МОС (позволю себе такую аббревиатуру, которые в те почтенные времена еще не были в ходу) могут быть представители всех состояний, они записали в уставе: «Цель учреждения клуба — сближение между собою лиц местного обще­ства и развлечение разговорами, чтением книг и периодических изданий, танцами и дозво­ленными играми».

Действительными членами клуба считались те, кто уплатил годичный взнос в 25 руб­лей. Тот, кому эта сумма была непосильной, но очень хотелось, как говорят в наше время, расслабиться, платили за вход полтинник. При этом в кармане гостя непременно должна быть бренчать еще кое-какая мелочишка, потому что предстояли расходы на буфет, пользо­вавшиеся неизменным успехом. Кроме того, если захочешь сгонять партию-другую в биль­ярд, то за пользование им взималась отдельная плата. Да и игра в карты, которая считалась дозволенной, тоже шла «на интерес», то есть требовала наличия определенных капиталов.

Богатый и праздный мариуполец мог следовать крылатому выражению, приписывае­мому Льву Сергеевичу Пушкину, родному брату великого поэта: «Пить надо начинать с утра и больше ни на что не отвлекаться». Потому что Мариупольское Общественное Собрание было открыто для посетителей с 9 часов и до 12 ночи. Если же азартные преферансисты и бильяр­дисты не укладывались в означенное время и они засиживались за полночь, то их не выго­няли в непроницаемую темень, а позволяли продолжить игру, но штрафовали: за первый просроченный час — 25 коп., за второй — 50, за третий — рубль и т. д. Это «т. д.» отнюдь не было исключением, потому что нет-нет. а игра в клубе затягивалась до утра, особенно в зимнее время.

Клуб нанимал дом Найденова на Екатерининской за 1000 рублей в год. В 1890-е годы его директором одновременно были Иванов, Деспот и Аморетти.

Вскоре после Крымской войны, когда в гору пошла торговля, прерванная было из-за блокады морских путей англо-французской эскадрой, господствовавшей на Азовском и Чер­ном морях, наметился расцвет экономики края. К тому же в городе получили разрешение селиться не только греки, но лица всех национальностей, и в Мариуполе стало тесно в од­ном клубе. У МОС появился конкурент — Мариупольское Коммерческое Собрание (МКС). Вот цитата из его устава, утвержденного 12 января 1870 года: «Постоянное развитие торгов­ли г. Мариуполя породило в обществе мысль учреждения такого общественного собрания, где был бы возможен более частный и более общий обмен мыслей касательно торговли. Это обстоятельство и служит главною причиною учреждения в городе Мариуполе Коммерчес­кого Собрания».

Совершенно ясно, что означенные задачи с успехом могли бы разрешиться и в старом клубе, членами которого были учредители нового. Но к этому времени буйно цветущая тор­говля привела к бешеному росту конкуренции. Раздоры в верхнем слое городского общества привели к созданию двух враждебных «партий», и это привело к возникновению в городе двух клубов, двух театров и двух садов для гуляния.

Обращает на себя внимание, что основателями нового клуба преобладают фамилии итализированных славян с Адриатики, которых в Мариуполе называли итальянцами: Грипкович, Ковачевич, Иванович, Суслич. Они действительно были коммерсантами (18 из 40 ос­нователей), поэтому поначалу название Коммерческое Собрание было оправданным. Но по­степенно югославы, как мы сказали бы сегодня, населявшие улицу Итальянскую, с падением торговли вернулись под безоблачные небеса своей отчизны, а членами клуба остались одни чиновники-великороссы…

На первый взгляд, эти два мариупольских клуба ничем, в сущности, не отличались друг от друга: те же развлечения, танцевальные вечера с 1 января до великого поста, время от времени — общественные обеды и другие собрания. Оба клуба, платившие по тысяче в год за аренду помещения, влачили жалкое существование, то есть едва сводили концы с конца­ми.

Но различия все же были. В разговорной речи Общественное Собрание называли гре­ческим клубом, а Коммерческое — русским. На самом деле скорее следовало бы Обществен­ное Собрание называть Коммерческим, потому что его членами были преимущественно бо­гатые греки, а также евреи и другие крупные коммерсанты. Тем не менее, он отличался изве­стным демократизмом, в то время как чиновники, составлявшие большинство в русском клу­бе, не постыдились включить в свой устав такое правило: «… членами Мариупольского Ком­мерческого Собрания могут быть лица всех состояний, кроме простолюдинов». Что же каса­ется гостей русского клуба, у которых за вход тоже брали по полтиннику, то пускали не всех и не всякого, а лишь тех, «кто имеет в городе недвижимую собственность, или состоит на по­стоянной в городе государственной или частной службе, а также и вообще тех, кто имеет в городе постоянное жительство более одного года».

Выходит, что приезжим независимо от их сословия или ранга вход в Коммерческое Со­брание был заказан. Затрудняюсь определить, кого именно основатели русского клуба счита­ли простолюдинами, если устав открывал двери Собрания перед лицами ВСЕХ сословий. Но простые люди Мариуполя, скажем так, тоже испытывали потребность в развлечениях, тоже склонны были после трудов праведных повеселиться. Однако 25 рублей за членство в клубах было им не по карману: за такие деньги в то время можно было купить не одну корову, а целое стадо буренок. О том, как развлекались малоимущие мариупольцы, мы расскажем в другой раз.

Лев Яруцкий

«Мариупольская старина»

Добавить запись в закладки:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Facebook
  • Мой Мир
  • Twitter
  • LiveJournal
  • В закладки Google
  • Яндекс.Закладки
  • del.icio.us
  • Digg
  • БобрДобр
  • MisterWong.RU
  • Memori.ru
  • МоёМесто.ru
  • Сто закладок
  • email

Оставить комментарий