Мариуполь в гражданской войне

Воскресенье, Декабрь 22nd, 2013

Гражданская война для мариупольцев началась 22 ноября 1918 года сразу же после  того, как на смену немцам, поспешившим  в Германию, где началась революция, по приказу атамана Войска Донского П. Краснова в город  пришли белоказаки во главе с   полковником Жировым.   Несмотря на установленный им режим беспощадного террора, большевистскому подполью удалось  внедриться в контрразведку Жирова и  передать командованию Красной Армии ряд ценнейших документов. Более того, подпольщики смогли в считанные минуты заменить белоказачий вагон с оружием, на порожний.  Это оружие потом было использовано для вооружения не только боевых  дружин, но и отряда, формирование которого в январе 1919 года было поручено  Кузьме Апатову.

Памятник погибшим в Гражданской войне Городского сада Мариуполя

Между тем Антанта предпринимала все меры, чтобы не допустить восстановления Советской власти  в Украине. Именно по этой причине 6 декабря  1918 года в Мариуполь прибыли англо-французские корабли, а вскоре город вместо белоказаков заняли части Добровольческой армии генерал Май-Маевского.

26 января 1919 года Мариуполь  заняла одна из дивизий генерала Деникина, который предпринял эту меру в связи с наступлением Красной армии, имевшей цель освободить Донбасс. Ведь особая группа войск донецкого направления уже  действовала в районе Мариуполя. В ее  состав входила и Первая Заднепровская дивизия под командованием П. Дыбенко.

Как писала 2 марта газета «Правда» «в наступлении на Мариуполь наибольшую доблесть проявили моряки и бронепоезд под командованием товарища Лепетенко». Командование Первой Заднепровской дивизии в своих оперативных сводках сообщало: «после двухдневной блокады мы взяли порт города Мариуполя… Мариупольский  район очищается от врага. Во время  захвата Мариуполя мы взяли один бронированный поезд, 18 исправных  паровозов с вагонами, два катера и другое имущество». Правда в сводках умалчивается, что захват бронепоезда совершили вооруженные рабочие «Никополя» и «Русского Провиданса». Это они в районе Жабовки разобрали  железнодорожные пути и взорвали мост,  отрезав бронепоезду белых пути к отступлению. Кстати, вот что писал об этом в штаб белогвардейского Черноморского флота командир Мариупольского военного порта  инженер-капитан 1 ранга Иванов: «…Восставшее в тылу наших передовых частей рабочее население двух металлургических заводов оказало неприятелю значительную поддержку – ими были обстреляны  отступающие добровольческие части и ими же в тылу нашего бронированного поезда «Вперед, за Родину» был взорван железнодорожный мост и разобран путь. Поезд пришлось оставить неприятелю»…

Здесь следует заметить, что деникинские войска  поддерживала артиллерийским огнем находившаяся в порту  французская эскадра. Но и ей пришлось  спешно удалиться после того, как  командование Первой Заднепровской дивизии  предъявило французам ультиматум. В результате  в начале марта 1919 года в городе была  восстановлена Советская власть. Однако,  ненадолго. Уже в мае  деникинцы, получив вооружение и боеприпасы от своих  англо-французских союзников, перешли в новое наступление на Донбасс.  Махновская повстанческая армия, прикрывавшая  направление Волноваха-Мариуполь снялась с позиций и двинулась в  сторону  Гуляй-Поля. Это позволило коннице генерала Шкуро овладеть Волновахой, и 23 мая 1919 года деникинцы, поддерживаемые артиллерией  французских кораблей,  захватили город, поскольку его прикрывал лишь Мариупольский  батальон под командованием  Кузьмы Апатова. Изматывая силы противника,  батальон отступил к Бердянску. Здесь он  пополнил свои ряды за счет  отступавших рабочих, а также крестьян Мариупольского уезда.  Из Бердянска батальон отошел к Александровскому (ныне г. Запорожье), где был преобразован в Первый мариупольский полк. В боях с деникинцами он покрыл себя  неувядаемой славой. Особенно отличился полк  в сражении в районе станции Лозовая. За этот бой  командир  полка К.П. Апатов был награжден  орденом Красного Знамени.

Памятник Кузьме Апатову

Лишь в октябре 1919 года  началось наступление на войска  Деникина, дошедшего почти до Тулы. В   результате  этого наступления Мариуполь был занят частями Красной Армии  лишь 4 января 1920 года. Но окончательно разгромить Добровольческую армию тогда  не удалось — значительную часть ее по распоряжению Деникина эвакуировали в Крым. После  чего Деникин сложил с себя командование и передал его генерал-лейтенанту  П.Н. Врангелю.

Таким образом, угроза нового  наступления белогвардейских войск на Донбасс с прицепом на Москву оставалось. Имея исходной позицией Крым,  Врангель рассчитывал не только наступать на основном направлении, но и с помощью десантов наносить фланговые удары по советским Юго-Западному и Кавказскому фронтах. А  наличие морских боевых кораблей позволяло  ему считаться хозяином и на Черном и на  Азовском морях. Врангелевская угроза первоначально была ощутима и в Мариуполе.   Так, 2 мая 1920 года ранним утром три врангелевских корабля совершили нападение на порт Мариуполь и увели оттуда сторожевой корабль «Республиканец», входивший в состав вновь формировавшейся Красной Азовской  Флотилии.

Эта флотилия была создана  в кратчайшее время. И этому во многом способствовали рабочие «Никополя», «Провиданса» и судоремонтных мастерских. Это они  отремонтировали ряд судов и, установив на  них вооружение, превратили в боевые корабли. Со временем  Красная Азовская флотилия с честью противостояла врангелевскому флоту и сыграла роль в его  разгроме.

В конце августа Врангель  начал наступление из Крыма и в самом  начале сентября обстановка на Юго-Западном фронте резко обострилась. Врангелевцам удалось прорвать линию фронта, и они двинулись в направлении Донбасса. 26 сентября  1920 года они  захватили  Волноваху, а 28 сентября были уже  в Мариуполе. Однако продержались они там недолго: 4 октября 1920 года общими силами Красной Армии и повстанческой армии А. Махно город был освобожден, и для мариупольцев на этом гражданская война закончилась. А окончательно она завершилась в  ноябре 1920 года полным разгромом  врангелевцев.

С тех пор  прошло более восьми десятилетий, но Мариуполь хранит память о павших в боях в гражданскую войну. В городском парке  культуре и отдыха есть памятник  на братской могиле моряков и красноармейцев, погибших в боях с врангелевцами  за освобождение города. Еще один памятник установлен на центральном кладбище, на надгробии говорится, что там похоронены борцы за республику Советов, погибшие в 1918-1920 годах. Есть  памятник и на Братской могиле  на Кировском кладбище Приморского района. Тем, кто погиб в боях с белоказаками в 1919  году установлен памятник на  братской могиле в поселке Талаковка. Есть  в городе и памятник герою  гражданской войны Кузьме Апатову. Память о  доблестных моряках – азовцах хранит установленный на обрыве над портом обелиск с барельефами, отображающим этапы боевой жизни Красной Азовской флотилии

Николай РУДЕНКО.

Добавить запись в закладки:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Facebook
  • Мой Мир
  • Twitter
  • LiveJournal
  • В закладки Google
  • Яндекс.Закладки
  • del.icio.us
  • Digg
  • БобрДобр
  • MisterWong.RU
  • Memori.ru
  • МоёМесто.ru
  • Сто закладок
  • email

13 Responses to “Мариуполь в гражданской войне”

  1. так называемые врангелевцы,это люди которые остались верны Родине,и не присягали незаконному режиму ленинов,джугашвилей и немцев которые дали деньги этим бандитам для бунта.посему товарисч Руденко,память нужно хранить не только с одной,удобной вам стороны.

  2. Виталий! Если у вас есть статья о врангелевцах, имеющих отношение к Мариуполю — мы с удовольствием разместим ее на нашем сайте.
    Отвечаю вам вместо автора, поскольку Николая Григорьевича Руденко давно уже нет на этом свете. И дело не в том, что «с удобной стороны». Каждый пишет о том, что знает, а если тема касается истории, то и какими документами располагает. Если у вас есть что сказать конкретно — будем рады. Если нет, то троллить — на другой сайт, будьте так любезны.

  3. Молодец админ. красиво осадил =)
    Виталию неплохо было бы поразбираться в истории чтоб она не казалась ему такой черно-белой где хорошие парни против плохих. Многие белогвардейцы тоже присягали незаконному временному правительству и принимали в свержении единственно законного тогда царского.

  4. админа прощаю,а сам извиняюсь,поскольку мне было неизвестно о судьбе автора. для Михаила:я не имел цели состязаться с кем-то в знании истории,в моем комментарии всё написано четко и понятно.

  5. Кому должен — всех прощаю)))

    Для админа. Поясните, как можно вам предлагать материал, чтобы не нарушать авторских прав? Например, оцифрованная рукопись, ранее нигде не издававшаяся, либо, оцифрованная книга Руденко. Имеется газетная статья о Гражданской войне в Приазовье, как здесь правильно поступить? Подскажите.

  6. Чтобы не нарушать авторских прав, нужно указывать автора и источники. Что мы и стараемся делать.
    По книгам Руденко, вроде как у нас все есть. И с его семьей мы можем поговорить и получить разрешение на размещение.
    Газетная статья — это совсем просто. Указываем истоник и автора. ))))

  7. Спасибо за ответ!
    Вы правы, но ведь обладатель авт. прав может заявить, что он желал заработать на своем произведении, а «вы выкладываете текст в открытый доступ». Я не с умыслом на троллинг спрашиваю, просто, если решу что-нибудь прислать, хотелось бы соблюсти формальности)

  8. ЗА ВЛАСТЬ СОВЕТОВ
    26 октября 1917 года (по ст. стилю) радист яхты «Колхида», стоявшей в Ростовском порту, принял сообщение из Петрограда о свержении Временного правительства и образовании Совета народных депутатов во главе с В. И. Лениным. Весть о победе социалистической революции быстро распространилась по всему Таганрогскому округу. В Греково-Александровке создается волостной Совет. В Кузнецово-Михайловке, Коньково, Садках и других селах волости начали образовываться ревкомы, земельные советы. В Михайловке формируется отряд Красной гвардии. Крестьяне брали власть в свои руки. Разворачивалась борьба за претворение в жизнь ленинского декрета о земле.
    Однако установление Советской власти в Донской области натолкнулось на сильное и ожесточенное сопротивление местной контрреволюции, поддержанной иностранными капиталистами. Атаман Каледин поднимает мятеж, объявляет о переходе всей власти на Дону в руки Войскового правительства, вводит военное положение по всей области, которая объявляется Областью Всевеликого Войска Донского.
    Началась гражданская война, в ходе которой контрреволюционный мятеж к концу февраля 1918 года был в основном подавлен. В течение апреля того же года Советская власть утверждается на территории Александровской волости. На Дону образуется Донская Советская республика.
    Известие о победе Великой Октябрьской социалистической революции в села Старая Карань, Староигнатьевка, Чермалык, Ласпа принесли в конце 1917 года революционно настроенные солдаты, вернувшиеся с фронта. В Старой Карани было проведено собрание, на котором обсуждался вопрос о вооруженном восстании в Петрограде и установлении Советской власти, была принята резолюция, приветствовавшая Советское правительство во главе с В. И. Лениным. В Староигнатьевке фронтовики И.С. Качалов, Ю.И. Шаповалов, А.К. Атаманов, Ф.Х. Сагиров, К.Д. Хорхулу, П.Е. Имерели познакомили односельчан с декретами о мире и о земле, установили связь с Мариупольским комитетом РСДРП(б) и под его руководством начали готовиться к вооруженной борьбе за новую власть. Во всех греческих селах района примерно в одно и то же время — в январе 1918 года — проходят выборы в Советы и устанавливается Советская власть.
    Однако уже в апреле-мае 1918-го всю территорию района — Староигнатьевскую, Старокаранскую и Александровскую волости захватывают австро-немецкие оккупанты. В Остгейме, Гринтале, Ро-зенфельде, Мариентале местные богачи встречали оккупантов хлебом-солью. Разогнав волостные и сельские Советы, оккупанты восстанавливали земские управы, конфисковывали хлеб, скот. Власть старост в Староигнатьевской, Старокаранской волостях поддерживалась вартой — гетманским карательно-полицейским органом Украинской Центральной Рады, которая действовала в союзе с оккупантами. Кайзеровская оккупация территории района продолжалась до ноября 1918 года. В связи с буржуазно-демократической революцией в Германии и под ударами повстанческого движения на Украине оккупанты начали спешно выводить свои войска.
    И сразу же, буквально по пятам откатывающихся на запад австро-немецких войск, в Александровскую волость врываются красновцы, а затем белоказачьи банды генерала Май-Маевского из «Добровольческой армии» Деникина. Захватив в конце ноября — начале декабря Мариуполь, деникинцы провозгласили свою власть на территории всего Мариупольского уезда. Они восстанавливали ненавистные народу старые буржуазно-помещичьи порядки. Жестокий деникинский режим вызывал всеобщее возмущение трудящихся.
    В Староигнатьевке благодаря агитации бывших фронтовиков и крестьян-активистов была сорвана мобилизация в белую армию. В конце 1918 г. здесь возникает подпольная группа, в состав которой входило более 60 человек. Группа ставила своей целью организацию вооруженной борьбы с белогвардейцами.
    По заданию юзовской подпольной большевистской организации учитель из Староигнатьевки коммунист. М.Т. Давыдов сформировал в селе Новотроицкое (теперь Волновахского района) партизанский отряд. В начале 1919 г. отряд Давыдова совместно с местными повстанцами выбил белогвардейцев из Староигнатьевки. В день освобождения села состоялся многолюдный митинг, на котором выступил М.Т. Давыдов с призывом активно бороться с контрреволюцией, восстанавливать Советскую власть. Здесь же, на площади, был избран военно-революционный комитет. Его председателем и военным комиссаром утвердили Л.Ю. Тумму.
    После митинга началась запись добровольцев в партизанский отряд. Желающих оказалось очень много, почти все являлись с оружием. В отряд вступило много жителей близлежащих сел — Старой Карани, Новой Карани, Ласпы и других. Из жителей Старой Карани был сформирован конный взвод.
    Вскоре отряд насчитывал около 1500 пехотинцев и 300 кавалеристов. Заместителем командира и командиром кавалерийского эскадрона был назначен Г.З. Сагиров, комиссаром — И.Л. Тютюнник, командиром первого батальона — И.В. Павлюченко, второго — Н.В. Павленко, третьего — И.Л. Чубаров, начальником штаба — П.Л. Имерели.
    Не имея баз снабжения, отряд был вынужден пополнять запасы оружия, боеприпасов и продовольствия за счет трофеев, захваченных в боях у противника. Это значительно осложняло борьбу. Приходилось поначалу вооружать бойцов и охотничьими ружьями, беречь каждый патрон. Важную роль в жизни отряда сыграла Сгароигнатьевка, став на длительное время источником пополнения живой силы, поддерживая в критических ситуациях продовольствием и фуражом. В крупной по тем временам и единственной на обширной территории староигнатьевской больнице лечились раненые партизаны.
    Отряд за короткое время одержал ряд побед над белогвардейцами в районе железнодорожной станции Волноваха, сел Бугас, Стыла, Новотроицкое, Большая Каракуба, Ласпа, Старая и Новая Карань Партизаны несколько раз прорывались на Волноваху. Вместе с железнодорожниками разоружали белогвардейцев, задерживали эшелоны врага с боевой техникой и продовольствием. Железнодорожная станция Карань находилась почти под постоянным контролем партизан. В конце марта 1919 года на этой станции произошел ожесточенный бой красногвардейского бронепоезда с бронепоездом белых «Иван Калита» В этом бою вражеский бронепоезд был серьезно поврежден, хотя не обошлось без жертв и среди красногвардейцев. Красный бронепоезд оборудовали рабочие паровозного депо станции Волноваха, покрыв броневыми листами несколько вагонов и паровоз серии «ОВ».
    К концу апреля партизанский отряд прошел десятки сел, распространил свои действия за пределы Мариупольского уезда проведя несколько крупных операций в Таганрогском округе под селами Покрово-Киреево, Кузнецово-Михайловка, Греково-Александровка, Остгейм, Розенфельд и др. И везде, во всех освобожденных населенных пунктах в отряд вливались десятки добровольцев из числа местных жителей.
    Очень часто на стороне врагов бывало многократное численное преимущество в живой силе и вооружении. Но победителями из схваток выходили партизаны. Они побеждали беспримерной храбростью, своей революционной убежденностью в правоте того дела, за которое боролись.
    Проводя бои по ликвидации карательных белогвардейских отрядов, вступая в бой с регулярными подразделениями деникинской армии, дезорганизуя их тылы, партизанский отряд под командованием Давыдова отвлекал на себя значительные силы противника, оказывая этим самым действенную помочь регулярным частям Красной Армии
    Одно время отряду удалось почти полностью блокировать железную дорогу Мариуполь-Волноваха-Александровск. Партизаны вели успешные боевые операции против белогвардейцев в районе железнодорожных станций Розовка, Хлебодаровка, Верхний и Большой Токмак.
    За короткое время отряд полностью разгромил 9-й Ингермандландский и Дроздовский белогвардейские полки, крупный карательный отряд князя Урусова и много мелких подразделений и групп противника. В боях под селами Ласпа и Кузнецово-Михайловка партизаны взяли в плен целые батальоны и роты врага.
    В десятках освобожденных партизанами сел на территории района и за его пределами создавались ревкомы, восстанавливалась Советская власть.
    В мае 1919 года под натиском превосходящих сил противника партизанский отряд Давыдова с тяжелыми боями вынужден был отступить к Днепру. В начале июня 1919 года в городе Александровское (ныне Запорожье) из отряда, влившегося в состав регулярной 14-й Красной Армии, был сформирован 10-й Заднепровский советский полк, переименованный позже в 5-й Игнатьевский советский полк. Командиром его стал Г.З. Сагиров (бывший заместитель командира отряда). В ходе дальнейших боев эта воинская часть вошла в состав 1-го Мариупольского полка под командованием К.П. Апатова, и частично — в отдельную кавалерийскую бригаду имени Ленина, которой стал командовать Г.З. Сагиров…
    В конце 1918 г. в селе Чермалык прибывшими из Петрограда студентами Петроградского университета коммунистами И.Т. Экзархо, М.К. Айтулом, местным врачом Ф.Ю. Харакозом создается подпольная большевистская ячейка, а затем и военно-революционный комитет. Главным итогом деятельности активистов был срыв мобилизации, объявленной контрреволюционерами — ни один крестьянин села Чермалык не пошел в добровольческую армию Деникина. Крестьяне всяческими способами укрывали от реквизиции коней, фураж и продовольствие, саботировали требования о предоставлении транспорта для нужд белогвардейской армии.
    В январе 1919 года в Чермалыке формируется небольшой по численности повстанческий отряд, устанавливается связь с партизанским отрядом села Малый Янисоль (ныне Куйбышево Володарского района), который оказывает помощь оружием. В марте 1919 года отряд вливается в состав регулярной части Красной Армии, занявшей село, и уже на следующий день принимает участие в бою возле села Хрещатицкое.
    Отступившие затем под натиском превосходящих сил белогвардейцев в апреле 1919 года вместе с частями Красной Армии бывшие члены повстанческого отряда, теперь уже красноармейцы, принимают участие в ожесточенных боях в районе железнодорожных станций Розовка и Хлебодаровка. В этих боях были зарублены белоказаками многие красноармейцы — жители села Чермалык, в том числе и бывшие руководители повстанческого отряда коммунисты И.Т. Экзархо и М.К. Айтул.
    На всей территории района трудящийся народ поднимался на борьбу за свержение контрреволюционной диктатуры Деникина и установление власти Советов.
    Как только 9 февраля 1919 года на Дону был объявлен набор городского и казачьего населения в армию белых, Ростово-Нахичеванский подпольный комитет РСДРП распространил листовку с призывом не только не подчиняться, но и всячески противодействовать белогвардейской мобилизации.
    Крестьяне Приазовья истолковали листовки Ростово-Нахичеванского комитета как прямой призыв к вооруженному восстанию. Во многих селах создаются боевые дружины и группы. Представители семи волостей, в том числе и Александровской Таганрогского округа, направили в комитет письмо, в котором просили дать приказ о восстании.
    Центром восстания в Таганрогском округе оказалось село Федоровка (ныне Неклиновского района Ростовской области). 14 февраля 1919 года, когда белогвардейский карательный отряд явился в Федоровку, чтобы разгромить революционные крестьянские дружины, оперативная группа через своих связных дала сигнал к выступлению. К концу следующего дня в Федоровку подошли повстанческие отряды из Ханженково и Платово. Каратели были обезоружены. Восстаниебыстро росло, охватывая близлежащие села.
    По призыву повстанческого комитета к федоровцам примкнули крестьяне Михайловки, Греково-Александровки, Садков, Ивановки и других населенных пунктов Александровской волости. Восстание охватило территорию с населением общей численностью около 50 тысяч человек.
    «Крестьяне почти всех сел Таганрогского округа пришли в движение, — сообщали перепуганные белогвардейские власти в штаб деникинских войск. — Наши неоднократные попытки покончить со смутьянами потерпели неудачу из-за нерешительности солдат стрелять в мятежников. Просим ваших срочных указаний и подкреплений».
    На подавление крестьянского восстания деникинцы вынуждены были снять с фронта конный чечено-ингушский полк под командованием генерала Виноградова. В помощь ему был придан полицейский батальон из Таганрога.
    23 февраля каратели повели наступление на центр восстания — село Федоровку. Ожесточенные бои разгорелись 24-25 февраля. Все население Федоровки от мала до велика стало на защиту свободы. В рядах сражающихся были и посланцы соседних сел. Белогвардейские части были разгромлены и отброшены на 18 верст от села.
    Подтянув артиллерию и пулеметы, 27 февраля деникинцы вновь обрушились на крестьянские отряды. Повстанцы вынуждены были оставить Федоровку. Однако ожесточенные бои в этих местах продолжались до конца апреля.
    Активное участие в восстании принимали крестьяне с. Михайловка. Еще в дни Февральской революции здесь была создана большевистская группа, сыгравшая большую роль в пропаганде решений ЦК партии, разоблачающих политику Временного буржуазного правительства, а после октября 1917 года — в мобилизации крестьян на борьбу с белогвардейщиной. В селе была организована боевая дружина. В работе группы и в создании дружины активное участие принимали Марк Маринченко, Иван Плотников, Леонид Беликов, Петр Помещиков, Г. Московой, Кулешов, Морозов (бывший прапорщик) и другие.
    Руководители боевой дружины обратились к населению с просьбой сдать имеющееся у него оружие в правление Александровской волости (Греково-Александровка). Крестьяне откликнулись на эту просьбу, собрав 42 винтовки, 15 дробовиков и 4 мешка патронов. Михайловцы укрепили подходы к селу, вырыв окопы, соорудив баррикады из борон и других материалов, выставили боевое охранение.
    В дни восстания в селе Федоровка михайловцы оказывали восставшим самую действенную помощь людьми, транспортом. В эти дни боевая дружина Михайловки под руководством Маринченко и Кулешова ночью прибыла в Коньково и внезапно обезоружила пять полицейских и урядников волостного участка, а затем доставила их в штаб повстанцев.
    Когда разведка сообщила, что в Михайловку направляется отряд казаков, командир дружины Иван Плотников решил выйти ему навстречу и отдал распоряжение о наступлении. Упорный бой разгорелся между дружинниками и казаками в районе села Кузнецово-Михайловки и продолжался до тех пор, пока у повстанцев были патроны. Под натиском хорошо вооруженных белых михайловцы отступили.
    Белоказаки, ворвавшись в Кузнецово-Михайловку, начали расправу над совершенно ни в чем не повинными людьми. Они вешали и расстреливали крестьян, безжалостно убивая даже детей, и в довершение всего сожгли 45 домов.
    Утром следующего дня в Михайловке состоялся сход всех жителей села, на котором приняли решение — биться до победного конца. В этот же день в Михайловку прибыл белый парламентер. Его арестовали. Повстанцы начали готовиться к бою. Из соседних сел — Садков, Греково-Александровки, Ивановки на помощь прибыло подкрепление. Боевые отряды заняли окопы. Появились белые. Они стремительно приближались к селу, на подступах к которому открыли сильный пулеметный и орудийный огонь по позициям михайловцев.
    Разгорелся ожесточенный бой. Повстанцы дрались с исключительным упорством и мастерством. Несколько часов они удерживали рубежи обороны, не давая белоказакам прорваться в село. Но силы были неравны. Намного превосходящему по численности белоказачьему отряду удалось почти полностью окружить село. Решительными действиями михайловцы прорвали цепь белых. Это позволило многим повстанцам выйти из окружения.
    Большой ценой белоказакам удалось занять Михайловку. Озверевшие каратели начали расправу с повстанцами. От пуль палачей погибли многие пленные дружинники. Белогвардейцы замучили и расстреляли активных борцов за власть Советов Помещикова, Москового, повесили одного из боевых командиров дружинников Маринченко.
    Наиболее активную и организованную силу в борьбе с деникинцами в Таганрогском округе, действовавшую в тот период и в пределах Александровской волости, представлял собой 1-й Донской повстанческий полк под командованием Е.П. Бондаренко. В составе полка сражались и многие жители Кузнецово-Михайловки, Остгейма и других сел волости. В одном из ожесточенных боев с деникинцами у села Кузнецово-Михайловка Донскому повстанческому полку была оказана очень серьезная помощь партизанами отряда Давыдова, проводившего рейд по селам Таганрогского округа.
    Впоследствии военная обстановка сложилась так, что эти партизанские образования еще не раз сражались бок о бок в тяжелых боях с белогвардейцами, но это было уже на железной дороге Волноваха-Мариуполь, в районе станции Розовка и других местах.
    Под натиском превосходящих сил деникинцев повстанцы Таганрогского округа, среди которых было немало повстанцев Александровской волости, оставляли села одно за другим. Десятки, сотни расстрелянных и повешенных, замученных и заживо погребенных оставались после бесчинства палачей.
    Казни, зверства не сломили, однако, революционного духа и решимости крестьян. Разбитые в неравных боях, отходя на Мариуполь и пробиваясь к линии фронта, повстанцы говорили, что «идут организовываться в полки и получить артиллерию с тем, чтобы вернуться и взять Таганрог и округ и ввести там советский образ правления».
    Около 1300 повстанцев с боем пробились между железнодорожными станциями Карань и Сартана к селу Чердаклы  в расположение Красной Армии. Из них был сформирован Таганрогский партизанский полк, вошедший в 1-ю Заднепровскую украинскую дивизию П.В. Дыбенко.

    В БОРЬБЕ ЗА УПРОЧЕНИЕ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ
    Окончательно и повсеместно на территории района Советская власть установилась в январе 1920 года.
    В докладной записке отдела Управления при Мариупольском волостном ревкоме 20 февраля 1920 года отмечалось, что «работа по организации волостных и сельских ревкомов в течение месяца была почти повсеместно выполнена». В этой же записке говорится об огромных трудностях, с которыми пришлось столкнуться молодой Советской власти с первых же ее шагов: борьба с контрреволюцией и в то же время нехватка винтовок и патронов для милиционеров, почти полное отсутствие транспортных средств, необходимость срочного восстановления почты — на территории района, например, не работало ни одно почтовое отделение — ни Остгеймское, ни Каранское, ни Игнатьевское; тяжелейшее положение с продовольствием, вызванное постоянными реквизициями белых и красных. «Отбирали и отбирают хлеб у крестьян не только агенты Упродкома, но и уполномоченные воинских частей, и выходит, что с одного вола две шкуры дерут, кроме того, замечается некоторая неосмотрительность при выкачивании из села хлеба — иногда не учитывают потребность в посевном материале. Все это усиливает и без того сильно контрреволюционное настроение уезда, который неоднократно переходил из-под власти Махно под власть Деникина и обратно».
         Восстановление Советской власти трудящиеся, проживающие на территории района, в большинстве своем восприняли с огромным энтузиазмом и воодушевлением. В архиве сохранился документ на имя председателя Военно-революционного комитета Мариуполя тов. Шишкова — «Доклад об организации Советской власти по Мариупольскому уезду согласно сведениям, доставленным инструкторами, командированными в уезд для организации волостных Советов», датированный также 20-м годом. Документ этот настолько интересен и так ярко характеризует обстановку того времени, что стоит привести дословно выдержку из него по волостям, входившим в состав нашего района.
    «Село Новая Карань (той же волости).
    Население средне-зажиточное. Избран Совет, в который вошли наполовину середняки и бедняки. Настроение и отношение к Советской власти доброжелательное. Кулацкий элемент отстранен и никакого влияния не имеет».
    «Село Старая Карань (той же волости). Население довольно зажиточное, земли у крестьян достаточно. Совет был избран до прибытия инструктора сельским Ревкомом. Преобладают в Совете середняки. В этом селе имеется партийный работник из местных крестьян, который должен был быть избран председателем Совета, но большинством голосов был избран другой — беспартийный из зажиточных се­редняков. В Совет вошли местные учительницы, сочувственно относящиеся к Советской власти.
    «Село Чермалык (той же волости).
    Отношение к Советской власти хорошее. Большинство населения бедняки. Совет избран еще до прибытия инструктора. Преобладают в Совете бедняки, отчасти середняки».
    «Село Ласпа (той же волости). Совет избран сельским ревкомом. Преобладают в Совете середняки, есть и кулаки. Из бедняков попало небольшое число представителей и их влияние незначительно, но имеются два депутата, бывшие в Красной Армии: один красный офицер, другой красноармеец — из местных крестьян. Красным офицером ведется культурно-просветительная работа, устраиваются спектакли, собеседования, организован хор. Население большей частью средне-зажиточное. Отношение к Советской власти в общем доброжелательное».
    «Село Старая Игнатьевка (той же волости).
    Местная интеллигенция — учителя, медицинский персонал, агроном приняли активное участие в организации Советской власти. Благодаря им отношение населения к Советской власти искренне доброжелательное. Преобладающее население — середняки. Культурно-просветительная работа поставлена очень хорошо: открыты библиотеки, школы хорошо оборудованы. Устраиваются лекции три-четыре раза в неделю: по аграрному вопросу — агроном, по болезням — медицинский персонал, общеобразовательные лекции читают учителя. В Совет вошли в большинстве крестьяне-большевики, много бывших солдат Красной Армии. Организуются комячейки из сочувствующих Коммунистической партии».
    Примерно в это же время избираются Александровский и Коньковский волостные Советы.
    При волостных исполкомах были созданы отделы управления, земледельный, военный, народного образования, комтруд, собес. Советы приступили к восстановлению разрушенного войной хозяйства, прежде всего к осуществлению землеустройства. Законом о земле, изданным Всеукраинским революционным комитетом, ликвидировалась восстановленная Деникиным помещичья собственность на землю. Все земли — помещичьи, монастырские, церковные, удельные — без выкупа передавались крестьянам. Для каждого уезда и волости определялись нормы земельного обеспечения. Советы организовывали помощь Красной Армии, заботились об улучшении положения крестьян-бедняков, семей красноармейцев.
    Но широким фронтом восстановление народного хозяйства и социалистическое строительство трудящиеся района смогли развернуть лишь после окончания гражданской войны.
    Когда летом 1920 года началось наступление белогвардейской армии Врангеля, активизировались контрреволюционные и другие банды и над Донбассом нависла новая опасность, волостные и сельские Советы рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов были распущены. Вместо них были организованы военно-революционные комитеты, руководившие мобилизацией населения и ресурсов для борьбы против врангелевских и бандитских шаек.
    В сентябре врангелевцы захватили Мариуполь, станцию Карань, Волноваху и окружающие села. В конце сентября они заняли Староигнатьевку, однако уже 6 октября она была освобождена — белогвардейцы под ударами войск Южного и Кавказского фронтов стали стремительно откатываться к Бердянску и Мелитополю.
    В сложнейших условиях перехода к мирному строительству — в начале 1921 года — на территории района проходят собрания жителей волостей и сел, на которых вместо военно-революционных комитетов избираются волостные Советы рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов — Александровский, Коньковский, Старокаранский, Чермалыкский, Староигнатьевский, Ласпинский. Избираются и сельские Советы — Кузнецово-Михайловский, Михайловский,Садковский, Мариентальский, Розенфельдский. В селах Греково-Александровка, Коньково, Старая Карань, Староигнатьевка, Ласпа, Чермалык, являвшихся волостными центрами, избираются также поселковые и сельские Советы.
    Все документы тех лет, касающиеся деятельности Советов, свидетельствуют об исключительно высокой демократичности их выборов и функционирования. Например, в сохранившемся в архиве »Положении о подрайонных (было и такое звено в тогдашней структуре управления) исполнительных комитетах» за 1920 год определено, что «подрайонный исполнительный комитет избирается сроком на 6 месяцев съездом поселковых и сельских Советов», является высшим органом власти на территории между съездами и ответственен перед съездом.
    Каждый параграф этого документа проникнут разносторонней заботой о человеке, который прежде всего должен осуществлять в своей деятельности исполком. Параграф 21 требовал «организации содействия развитию и поднятию сельского хозяйства (ремонт сельхозтехники, устройство прокатных пунктов, общественная запашка пустующих земель)». Параграфом 23 предусматривалось «принятие всех необходимых мер к организации Совета народного образования и уничтожению безграмотности; к повышению культурного уровня населения, устранению национальной вражды и развитию широкой сети культурно-просветительных учреждений». Параграф 24 обязывал исполком постоянно осуществлять «благоустройство сел и деревень, рабочих поселков. Проведение электрического освещения, устройство бань, дорог, мостов, почтово-телеграфных учреждений и прочее». Параграфом 26 предусматривалась «организация сельскохозяйственной и прочей помощи беднейшему населению деревень и сел». И т.д. и т.п.
    Экономическое положение крестьянских хозяйств было тяжелей­шим: не хватало рабочего скота, фуража, продовольствия, семян. Кре­стьяне выражали серьезное недовольство продразверсткой, поэтому решение партии и правительства о замене продразверстки на прод­налог — на Украине такое постановление было принято чрезвычайной сессией ВУЦИК 27 марта 1921 года — они встретили с одобрением.
    Однако уже в этом же году на долю трудящихся выпало новое суровое испытание. Исключительно губительный след в селах на территории района оставили жестокая засуха и тяжелейший неурожай 1921 — 1922 годов. Посевы полностью погибли. Не только продоволь­ствия и фуража, но даже посевного материала крестьяне не имели.
    Острой тревогой и болью за судьбы села, за жизнь людей прони­заны каждая строка, каждое слово протоколов заседаний Пленума Та­ганрогского уездного исполнительного комитета. Вот только неско­лько выдержек из документов того тяжелейшего времени:
    «Протокол №10
    заседания Пленума исполкома от 12.10.21 года….3аслушав, док­лад зав. Уземотдела тов. Кожова о состоянии сельского хозяйства в связи с пережитой в 1921 году засухой и переживаемой осенней и констатируя полное отсутствие фуража и семян, что грозит катастро­фой для сельского хозяйства, признать уезд остро неблагополучным по урожаю… Крестьяне массово стали забивать скот… В декабре меся­це с.г. в уезде наступит крах… Нам требуется немедленная помощь, иначе сельские хозяйства замрут…»
    Из протокола заседания Пленума исполкома № И от 16.11.21 года: «Повестка дня. 1. Доклад зав. наробразом по школьному вопросу. Докладчик тов. Тодоров. «Занятия в трудовых школах предлагалось начать с 10 сентября, но за неимением денежных средств начнутся только с 20 ноября 1921 года. В некоторых школах родители учащихся сами себя обложили налогом от 10 до 30000 рублей и другими видами натуральных продуктов.
    Я бы просил исполнительный комитет обратить особое внимание на школьных работников, положение которых сейчас критическое. Жалования они не получают еще с июня месяца и по своему психологическому состоянию не могут приспособиться к современным моментам жизни и зарабатывать себе побочный заработок, форменным образом голодают и вымирают…» В наиболее бедственном положении оказалось большинство крестьян сел Кузнецово-Михайловка, Греково-Александровка, Михайловка, Садки и других сел и  хуторов , где было особенно много маломощных хозяйств.
    В целом несколько лучшее положение наблюдалось в греческих селах, однако и здесь беднякам пришлось худо.
    Вообще, как и всегда в годы глобальных бедствий, в тяжелейшем положении оказались беднейшие слои крестьянского населения, которое и в хорошие урожайные годы редко когда наедалось хлеба досыта. Многие семьи, особенно многодетные, никогда не имели запасов, с горем пополам дотягивали до нового урожая. Не голодали только немцы-колонисты, хотя и их хозяйства были основательно подорваны экономически. В колонии хлынул буквально поток бедняков, стремившихся найти любую работу, на самых кабальных условиях. Нанимались только за харчи, чтобы хоть как-нибудь продержаться и не умереть с голоду.Однако, понятно, все нуждающиеся не могли найти себе места под солнцем, некоторые, кто имел еще силы передвигаться, выезжали на поиски хлеба в другие губернии, часто погибали в дороге.
    Уже в первый год, когда стало ясно, что нового урожая не будет, многие крестьяне стали добавлять в хлеб различные примеси — лебеду, крапиву и др. Но в те страшные годы нелегко было найти и траву. Осенью начали забивать скот, птицу — бескормица была полная. Временно наступила видимость какого-то даже благополучия. Однако с середины зимы и ближе к весне навалился голод. Летом стали умирать дети, немощные старики, а потом вымирать и целые семьи…
    Советское правительство принимало энергичные меры по оказанию помощи населению районов, наиболее пострадавших от тяжелейшего стихийного бедствия. Были задействованы практически все государственные резервы хлеба, однако они были чрезвычайно скудными, и не могли решить проблему.
    Повсеместно создавались компоголы (комиссии помощи голодающим), которые организовывали сбор средств и натуральных продуктов питания от населения, распределением поступающей помощи среди голодающих. На Украине был установлен «Общегражданский налог в помощь голодающим». Принимается и постановление ВУЦИК об изъятии церковных ценностей, на которые в срочном порядке производились закупки хлеба за границей.
    1921-й — страшный голодный год, был усугублен массовым бандитизмом, охватившим не только Приазовье, но и всю Украину. Бандитские шайки из числа отпетых, деклассированных уголовных элементов, а часто и кулаков, совершая налеты на села и  хутора , терроризировали население, занимались грабежами и насилием, убивали коммунистов и активистов, дезорганизовывали работу местных органов власти.
    Возник второй фронт борьбы за упрочение Советской власти. Сводки, поступавшие в губуправление со всех концов Таганрогского уезда, напоминали фронтовые. Вот только некоторые сообщения за один день:
    «В Губуправление. Секретно. Сводка о жизни города и уезда на 26 июля 1921 года… По полученным сведениям от начбоеучастка 5-го района, что банда, занимающая колонию Солнцево в 10 верстах от Васильевки, выступила в направлении колонии Гринталь. Численность банды 70 человек при 5 тачанках с пулеметами…
    По сообщению Федоровского военкома банда численностью 100 сабель при 7 пулеметах под командованием Маруси Никифоровой вечером 20 июля занимала хутор  Оболонский (7 верст юго-восточнее Федоровки), которая держит путь на Федоровку…
    …В районе Александровской волости действует банда неустановленной численности…»
    Через несколько дней в Александровской волости начинает бесчинствовать банда Маруси.
    Еще несколько сообщений из сводок за первую декаду августа 1921 года: «1.08.21 г. Банда в 70 сабель появилась в районе села Кузнецово-Михайловка…», «2.08.21 г. С бандой в 100 человек был бой в колонии Гринталь. Банда ушла по направлению Старой Карани. Дальнейшее преследование было передано Мариупольской ЧК…» «4.08.21 г. Банда в 80 человек в районе села Кузнецово-Михайловка…»; «8.08.21 г. Банда Маруси в количестве 80 человек переходит в Мариупольский уезд. Была атакована 175 полком 30-й дивизии — судьба неизвестна»…
    Банда Маруси успела совершить разбойные нападения на села Старая Карань, Староигнатьевка, но затем была полностью разгромлена, несколько человек рассеялись по уезду.
    На территории района действовали и многочисленные бандитские шайки численностью 3-5 человек… Борьбу с бандитизмом в Александровской и Коньковской волостях довольно успешно вел мобильный, укомплектованный бойцами, всецело преданными Советской власти, отряд под командованием талантливого командира тов. Шкуро (однофамилец печально известного генерала-вешателя). На территории Старокаранской, Староигнатьевской, Ласпинской волостей вел борьбу с бандитизмом отряд Мариупольской ЧК, состоявшей в основном из рабочих. В разгроме бандитов принимал активное участие и отряд ЧОНа, в который в полном составе вошла комсомольская ячейка седа Чермалык во главе с секретарем ячейки Акимом Давшаном, являвшимся одновременно и секретарем волисполкома. Командиром отряда был Николай Дурум, политруком — Аким Давшан. Организовав небольшой кавалерийский отряд, молодые чоновцы вместе с коммунистами защищали от бандитских налетов не только село Чермадык, но и вели активные боевые действия в районе сел Сартана, Чердаклы, Мало-Янисоль, Староигнатьевка, станции Карань…

    Из «Истории Тельмановского района»
    Раздел подготовили:  В. Душка. Г. Козловская, П. Мормуль

  9. ОТРЫВКИ ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ УЧАСТНИКОВ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ.

    ПОВСТАНЦЫ В МАРИУПОЛЕ
    27 марта 1919 года 1-я Заднепровская дивизия начала наступление на город. Рабочие металлургических заводов нанесли удар с тыла. Под защитой французских кораблей, стоявших на рейде, белогвардейцы напрасно старались закрепиться в порту. 2 апреля они в панике бежали морем, спасаясь на тех же кораблях.
    Об освобождении Мариуполя от белогвардейцев советскими войсками, 2 апреля 1919 года телеграфом сообщил командир 1-й Заднепровской советской дивизии Дыбенко: «Взятие Мариуполя велось под моим командованием. В боях отличились 8-й и 9-й полки, артиллерийский дивизион, разбив наголову противника, захватили богатую военную добычу. Стойкость и мужество полков были неописуемы. При наступлении полки обстреливались со стороны противника и французской эскадры. Несмотря на губительный огонь полки шли без выстрела до соприкосновения с противником.
    Укрепления противника были взяты штурмом. Мы потеряли 18 убитых, 172 раненых. Противник был опрокинут в море. Эти славные воины без отдыха снова перешли в наступление. Прошу награждения 8 и 9 полков, артиллерийского дивизиона красными знамёнами, а командира 8-го полка т. Куриленко – орденом Красного Знамени. Командиру 9-го полка Тохтамышеву и командирам батарей артиллерийского дивизиона объявить благодарность. Захвачено более 3,5 млн. пудов угля. Французская эскадра после предъявления нами ультиматума, спешно покинула порт. При дальнейшем наступлении казаки с оружием в руках сдаются целыми сотнями. Части подошли вплотную к Таганрогу. Начдив 1-й Заднепровской – Дыбенко».
    Начальник Мариупольского военного порта рапортом докладывал штабу белогвардейского Черноморского флота о занятии г. Мариуполя советскими частями, о движении среди крестьян и восстании рабочих в тылу белогвардейцев.
    В ночь с 15 на 16 марта гарнизон г. Мариуполя под давлением превосходящих сил неприятеля вынужден был оставить защищаемый им город и порт. Обстановка, в которой произошли вышеуказанные события, такова.
    Уже задолго до эвакуации Мариуполя в связи с приказом Екатеринославского генерал-губернатора о мобилизации, в уезде вспыхнули беспорядки. Крестьяне не желали давать солдат, и с оружием в руках сопротивлялись. В последний месяц перед сдачей, город оказался совершенно изолированным от уезда, где движение против мобилизации уже приняло организованные формы. Подвоз продовольствия и фуража прекратился, и продовольственный кризис стал принимать более острый характер. Гарнизон г. Мариуполя, насчитывавший тогда более 700 штыков и другие незначительные отряды, расположенные в уезде вдоль линии железных дорог не могли своевременно ликвидировать это крестьянское движение. Отряд добровольцев, посланный из Мариуполя в с. Мангуш, 6 марта потерпел жестокое поражение и потерял две тяжелых гаубицы с зарядным ящиком, не успев привести их в негодное состояние.
    Накопившиеся в районе с. Мангуш советские части уже приняли участие в операции против высланного на Мангуш отряда Добровольческой армии, энергично преследуя наши отступающие части в течение нескольких часов, они подошли вплотную к Мариуполю. Весть о приближении неприятеля облетела весь город и дорога в порт на протяжении семи верст покрылась вереницей обозов и подвод с бегущими воинскими частями.
    14 марта неприятель повел энергичное наступление со стороны ведущей к Мариуполю железнодорожной линии, которому за отсутствием патронов и снарядов не было оказано сопротивление. Восставшее в тылу наших передовых частей рабочее население двух металлургических заводов неприятелю значительную поддержку – ими были обстреляны отступающие добровольческие части и ими же в тылу нашего бронированного поезда «Вперёд за Родину» был взорван железнодорожный мост и разобран путь. Поезд пришлось оставить неприятелю, а персоналу поезда с большим трудом отступить.
    К 11 часам добровольческие части были вытеснены из города и отброшены в район порта, который подвергался артиллерийскому обстрелу. В порту они продержались ещё двое суток и в ночь с 15 на 16 марта началась эвакуация гарнизона, которая прошла нормально.
    ГЛАВА II
    1. 1-й мариупольский повстанческий батальон.
    29 марта 1919 года Мариуполь полностью был освобождён от белогвардейцев. Основной задачей ревкома Мариуполя того периода было обеспечение безопасности Мариуполя, необходимо было установить в городе строгий порядок. Эту задачу революционный комитет возложил на военного комиссара города И. Цыбульского и его помощника К. Апатова. Одновременно Апатову было поручено формирование батальона в городе из добровольцев рабочих мариупольских заводов, железнодорожников и окрестных посёлков.
    Комиссаром батальона был назначен И. Шишлов, начальником штаба – И. Мартыненко. В батальон зачислялись наиболее стойкие, сознательные рабочие и беднота из сёл. И это, несомненно, во многои предопределило судьбу 1-го Мариупольского батальона.
    Трудящиеся города Жданова свято чтут память героя Гражданской войны – Кузьмы Павловича Апатова. Он до 1914 года работал в городе Мариуполе, на заводе «Никополь». В период 1-й мировой войны окончил военное училище и был произведён в прапорщики (офицер военного времени) и направлен на фронт, где он приобрёл боевую закалку. Находясь долгое время на фронте, и изведав окопную жизнь, он убедился в бесцельности «мировой войны» для трудящегося народа России. Апатов внимательно прислушивался к большевистским агитаторам и всей душой поддерживал их требования: «Долой войну!», «МИР НАРОДАМ!». Весной 1917 года Кузьма Апатов вступает в ряды РСДРП(б) и всё больше принимает участие в работе партийной организации.
    В это время политическая борьба в г. Мариуполе крайне обострилась. Мариуполь в то время являлся морским портом, отсюда вывозился хлеб, уголь, металл, руда во многие страны мира.
    1-е июля 1917 года было знаменательной датой в истории Мариуполя. На первой общегородской конференции большевиков был создан Мариупольский комитет РСДРП(б). Апатов избирается членом комитета.

    2. ПЕРВОЕ БОЕВОЕ КРЕЩЕНИЕ

    Первое боевое крещение батальон получил в боях за освобождение станицы Ново-Николаевской (Ново-Азовска) от белогвардейцев.
    В результате решительной атаки апатовцев и других повстанческих отрядов была освобождена.
    Однако 15 апреля 1919 года отборные части Деникина перешли в наступление, и батальон Апатова вместе с другими отрядами вынужден был отступить.
    27 апреля внезапным ударом повстанцы вместе с батальоном разгромили белых и снова освободили Мариуполь.
    В средних числах мая в связи с наступлением белогвардейского корпуса Шкуро и предательской измены Махно положение на фронте усложнилось и повстанческие отряды с батальоном, под натиском белоказаков вынуждены были отступить.
    23 мая деникинцы, поддержанные с моря французскими кораблями, снова заняли Мариуполь.
    Апатов, благодаря своей железной воле, сумел сохранить дисциплину в батальоне и вывести его в Бердянск, а затем – в Александровск (Запорожье), где в это время находились регулярные части 14-й Красной Армии, Южного фронта, которой командовал К. Е. Ворошилов.
    В Бердянске Махно потребовал от Апатова немедленного подчинения батальона его бригаде. Апатов отказался передать батальон. Он был безоружен и арестован. Весть об аресте Апатова быстро распространилась по городу. Мариупольский ревком и уездный комитет партии, находившийся в Бердянске, незамедленно направили к штабу Махно отряд конных разведчиков батальона, и из-под ареста Апатов был освобождён.
    В Бердянске у коммунистов Мариуполя и у Апатова возникла мысль о создании крупной воинской части, которая в составе Красной Армии была бы способна защитить завоевания революции.
    Так началось в Александровске формирование 1-го Мариупольского полка, который позднее влился в состав прославленной 46-й стрелковой дивизии и получил название 413-го Мариупольского Советского стрелкового полка. Его командиром стал Апатов.
    В этот полк влились отступающие повстанческие отряды сёл: Сартаны (Приморское), Никольское (Володарское), Чердакли (Кременёвка) и другие. Позднее по приказу 14-й армии от 13 июня 1919 года влился и 5-й Игнатьевский Советский стрелковый полк, (бывший партизанский отряд Марка Давыдова).
    В приказе по 1-му Мариупольскому полку от 1 июня 1919 года указано, что Апатов Кузьма утверждён в должности командира полка 31 мая 1919 года.
    Прекрасным боевым командиром и организатором проявил себя Кузьма Апатов. Под его командованием полк прошел тяжёлый, но славный боевой путь от Александровска (Запорожье), Лозовая, Льгова и до Перекопа.
    Появление под Лозовой такого крепко спаянного полка, каким был полк Апатова, подняло настроение соседних частей и обеспечило успех в бою с шкуровцами.
    В конце 1919 года, во время военного перелома на Южном фронте, Апатов в районе Дмитриевки вступает в неравный бой с дроздовской бригадой, однако полку удаётся, будучи окружённым, разбить первый полк Дроздова и выйти из окружения.
    017JPG
    Особенно отличился Мариупольский полк в боях за освобождение Харькова. Апатову было приказано занять позиции в районе Казачей Лопани. Против его полка действовала дивизия белых. Только благодаря преданности и отваге апатовцев дивизия белых была разбита и взяты богатые трофеи.
    За эти бои Апатов был представлен к ордену Красного Знамени.
    В начале апреля 1920 года Апатов совершил своим полком глубокий рейд по тылам противника. Врангелевцы были ошеломлены дерзостью и смелостью удара его полка. Полк захватил много боевых трофеев и разгромил несколько врангелевских подразделений.
    15 апреля 1920 года в бою под «Порт-Хорлы» Апатов был ранен, но он не покинул свой полк, выполнил задание командования и вывел свой полк к своим частям.
    В июле 1920 года у села Кирилловки была высажена белогвардейская часть под командованием генерала Слащева – врангелевца, который стремительно продвигался в сторону Мелитополя и Большого Токмака. Части Красной Армии, прикрывавшие Крым, вынуждены были вести тяжелые бои. 46-я стрелковая дивизия под командованием Ивана Федько занимала фронт под Большим Токмаком, прикрывая Донбасс.
    27 июля 1920 года, у хутора Работино произошел последний в короткой жизни Апатова бой. Вот что рассказывает об этом бывший адъютант командира 1-го Мариупольского (413) стрелкового полка Владимир Фёдорович Чинчин:
    «Двадцать седьмого июля 1920 года конные части белых в несколько тысяч сабель, воспользовавшись слабой связью между 413-м и 412-м полками Красной Армии, зашли в тыл нашего полка. К тому времени, надо сказать, в предыдущих боях наш полк понёс значительные потери и, по сути, не имел связи со штабом 138-й бригады.
    Положение было не из лёгких, но, несмотря на это, мы вступили в неравный бой с превосходящими силами белых. Белогвардейцам удалось окружить наш полк и захватить в плен многих бойцов второго и третьего батальонов. Командир полка Апатов, перейдя в расположение первого батальона, до последней возможности вел бой. В этом бою Кузьма Апатов геройски погиб. Вместе с ним пал смертью храбрых командир батальона Сергей Матиенко.
    Тело К. П. Апатова было найдено через несколько дней, когда территория вновь была занята нашим полком. Оставшиеся в живых бойцы полка похоронили своего командира».
    Рассказывает апатовец Н. Синельников, очевидец гибели Апатова: «Апатов во время боя никогда не слезал с коня, в сражениях был исключительно отважным. В последнем бою под Токмаком, в Солодкой балке, Апатов погиб. У нашего командира была прострелена грудь – пуля прошла сквозь сердце – и саблей рассечена сзади голова.
    У приспущенного полкового знамени мы дали клятву мстить врагам революции за смерть нашего командира. В воздухе прозвучали винтовочные выстрелы салюта!…»
    Памяти командира Апатова.
    Прошли годы. Многое изменилось в Жданове. Город стал крупным промышленным центром. Из года в год он становится красивее, благоустроеннее и наряднее, появились новые районы с многоэтажными домами.
    Жданов стал городом-курортом.
    Трудящиеся города чтут память своих сынов, отдавших свою жизнь за установление Советской власти. Именем К. П. Апатова названа одна из лучших улиц в городе, а в Ильичёвском районе – один из посёлков. Пионерские дружины, признанные лучшими в городе, носят его имя. В Ждановском краеведческом музее посвящен ему раздел, здесь же стоит бюст Апатова, выполненный скульптором И. С. Баранниковым. Во дворцах культуры. В городском доме пионеров, в школах – пионеры поют песню о Кузьме Апатове, написанную на слова Н. Саюпова. В городе, на бульваре Хмельницкого ему поставлен памятник. В селе Работино, Больше-Токмакского района, Запорожской области, где Апатов пал смертью храбрых, ему также поставлен памятник.
    Светлая память о славном вожаке и его боевых соратниках, погибших в бою, сохранится у ждановцев на долгие годы.
    Вечная слава героям – апатовцам!
    Ныне в Жданове живут и здравствуют уважаемые апатовцы, убелённые сединами. Они встречаются с трудящимися города, с молодежью, и рассказывают о событиях, связанных с борьбой за Советскую власть на Украине. Вот их имена: А. А. Агруч, Г. П. Апухтин, К. Ю. Ахчияни, А. С. Алейников, Л. П. Безнос, Андрей Голеусов, А. С. Гусько, П. М. Дьяченко, Иван Дворников, Николай Козлов, И. А. Карначев, П. В. Кухаренко, Г. А. Латышев, Е. П. Лепанов, А. Т. Лукьянченко, Д. С. Малай, Дмитрий Погорелов, Николай Погорелов, Н. И. Синельников, И. С. Скирда, Николай Черноусов, Ф. И. Яцун, П. Я. Диденко и другие.

    Коллектив авторов: Ф. Н. Церахто, И. Л. Чубаров, Г. А. Латышев, А. С. Кабаков

  10. Д. Н. ГРУШЕВСКИЙ,
    Н. Г. РУДЕНКО
    ЖДАНОВ
    ИСТОРИКО-КРАЕВЕДЧЕСКИЙ ОЧЕРК
    (Отрывки)
    До возникновения металлургических заводов «Ни­кополь» и «Русский Провиданс» Мариуполь оста­вался заурядным провинциальным городом, каких много было тогда в России. Его улицы, особенно Екатерининская (ныне проспект Ленина) и Торго­вая (ныне III Интернационала), пестрели вывеска­ми торговых домов. На бирже располагались хлеб­ные и экспортные конторы и склады.
    Существовавшая в городе в то время полукустар­ная промышленность обеспечивала в основном внут­ренний городской рынок. Даже на самых крупных заводах работа в подавляющем большинстве случаев была сезонной. Поскольку навигация на Азовском море длилась с марта по декабрь, порт также был предприятием сезонным. Поэтому не удивительно, что в Мариуполь из разных губерний каждую весну приходили на заработки тысячи людей.
    Более постоянным состав мариупольского проле­тариата становится с возникновением металлургических заводов. Уже в 1898—1899 годах на этих двух предприятиях насчитывалось около 6 тысяч рабочих. Причем число их из года в год росло и в 1916 году только на «Никополе» достигло 11475 человек.
    Положение трудящихся на заводах и в порту бы­ло очень тяжелым. За 12—14-часовой рабочий день они получали мизерную плату. Но и ее полностью на руки не выдавали, так как часть уходила на оплату штрафов.
    Формально считалось, что штрафы, взысканные с рабочих, должны были идти на улучшение условий их труда и быта. В действительности же эти деньги прикарманивались капиталистами и никто о без­опасности рабочих не заботился. В большинстве це­хов преобладал ручной труд. Вентиляции нигде не было. Чуть ли не каждый день на «Никополе» и «Русском Провидансе» происходили несчастные слу­чаи, нередко со смертельным исходом. 25 июня 1898 года на заводе «Никополь» взорвался нефтяной бак. Смазчика Николая Нестеренко воздушной вол­ной перебросило через два здания, и он разбился насмерть. А Яков Гренник, Сидор Пирогов, Илларион Иваненко и Григорий Чумаченко получили очень тяжелые ожоги и вскоре скончались. Через два дня, 27 июня, рабочего Андриана Зайцева затянуло в шестерни трубосварочного стана, не закрытые ко­жухом, и он погиб. В доменном цехе угорел, упал с лестницы и разбился насмерть Иван Петраков; в мартеновском цехе был убит упавшим клапаном генератора Никанор Прокуденков. Всего только в 1899 году, по неполным данным (не все случаи реги­стрировались), произошло 498 тяжелых несчастных случаев1. (1 ЦГИАЛ, ф. 37, оп. 76, д. 79, лл. 246, 249, 29; д. 87, п. 153; д. 61, лл. 89, 103.)
    Не лучшими были и жилищные условия рабочих «Никополя» и «Русского Провиданса». О них мы узнаем из донесения представителей департамента полиции. После обследования жилищ в конце 1899 го­да они писали: «За исключением казарм и отдельных домиков, вмещающих в себя около 4000 человек, для остальных 3757 рабочих сколочены шалаши из тонких досок, без помоста. В этих шалашах живут ле­том и зимой. Потоки дождевой воды образуют внутри шалашей разлагающуюся грязь. Нары, где без раз­деления помещаются мужчины и женщины, усыпаны насекомыми. Бань на обоих заводах не имеется. Все это низводит жизнь рабочих к уровню жизни животных».
    Отсутствие охраны труда, плохие жилищно-бытовые условия приводили к массовым заболева­ниям, увечьям и преждевременной потере трудоспо­собности. Даже старший фабричный инспектор Екатеринославской губернии в отчете указывал, что «большинство рабочих поступают на предприятия горнозаводской промышленности молодыми и здо­ровыми, а через 7—10 лет выходят инвалидами».
    Гонимые нуждой разоренные крестьяне, покинув насиженные места, шли в Донбасс на поиски работы и куска хлеба. Многие из них приходили в Мари­уполь. Одни нанимались на заводы, другие старались попасть в артели грузчиков в порту. О том, каково приходилось грузчикам, писал в 1897 году в газете «Приазовский край» Александр Серафимович: «Труд­но представить, до какой наглости доходит эксплу­атация рабочих. Подрядчики без взятки не примут рабочего на работу, а кормят их они ужасными отбросами, одним словом, рабочего буквально сосут».
    На поте и крови русских рабочих иностранные акционеры наживали баснословные доходы. Так, уже в 1898—1899 операционном году «Никополь-Мари­упольское общество» получило 475 406 рублей чистой прибыли. Прибыль же акционерного общества «Рус­ский Провиданс» в 1900—1901 году составила 835 690 рублей 79 копеек.
    В то время как прибыли капиталистов росли, ра­бочие все больше нищали. К тому же их хозяева, мастера-иностранцы, не признавали за ними элемен­тарных человеческих прав. Заработная плата мест­ных рабочих на заводах была намного ниже зарпла­ты иностранцев. Так, на заводе «Русский Провиданс» иностранцы получали 5 рублей в день, а русские за ту же работу — от одного до полутора рублей. На этом заводе, как свидетельствуют данные правительственной комиссии, созданной в 1900 году, черно­рабочий получал в день 80 копеек, а квалифициро­ванный — от 1 рубля 20 копеек до 1 рубля 50 ко­пеек,
    С рабочими на заводах обращались жестоко. 2 апреля 1900 года, например, старший фабрич­ный инспектор Екатеринославской губернии в своем донесении сообщал, что администрация почти всех крупных заводов губернии состоит из иностранцев, которые «чрезвычайно бесцеремонны в отношениях с русскими рабочими, всячески ругают и бьют их, в случае же протеста со стороны отдельных лиц, немедленно и нисколько не маскируя своего произ­вола, предпринимают ту или иную карательную меру: лишают сдельного заработка, штрафуют, уволь­няют».
    На рост самосознания рабочих большое влия­ние оказывал Екатеринославский «Союз борьбы за освобождение рабочего класса» через одного из своих членов, литейщика завода «Никополь» Федора Дмитриевича Панфилова, уже тогда известного про­фессионального революционера.
    В Мариуполь Ф. Д. Панфилов приехал в 1897 го­ду после тюрьмы, куда был брошен за участие в группе «Народная воля». Результатом его организа­торской работы в Мариуполе явилась первая крупная стачка на заводе «Никополь», длившаяся е 9 по 11 апреля 1898 года и увенчавшаяся победой бастую­щих. О ее ходе сообщал в своем донесении депар­таменту начальник горного управления Юга Рос­сии:
    «9 апреля рабочие прекратили работу и потре­бовали увеличения поденной заработной платы с 60 до 80 копеек в день. Администрация завода откло­нила их требования, объявила об увольнении 370 рабочих и стала нанимать новых. 10 апреля рабочие заняли завод и не пустили вновь нанятых. Водаеше приняло угрожающий характер. Администрация за­вода вынуждена была уступить и 11 апреля объяви­ла о том, что через две недели будет произведено увеличение поденной платы. 12 апреля рабочие приступили к работе»1. (1 ЦГИАЛ, ф. 37, оп. 65, д. 2813, я. 43.)
    Вскоре после стачки Ф. Д. Панфилова арестовали и сослали в Олонецкую губернию2. (2 Отбыв ссылку, он до победы Великой Октябрь­ской социалистической революции вел активную революционную борьбу в Екатеринославе и в Дон­бассе. В 1919 году коммунисты Донбасса избрали его делегатом на VIII съезд РКП (б). Там Г. И. Пет­ровский познакомил Панфилова о В. И. Лениным.)
    В ноябре 1898 года произошла крупная стачка и на строившемся заводе «Русский Провиданс». По­водом для ее начала послужило объявление десят­ников и табельщиков о решении помощника дирек­тора завода снизить поденную плату. Весть быстро облетела всех рабочих. Собралась толпа.
    — Пойдем в контору! — начали раздаваться голоса. И около двух часов дня рабочие двину­лись к главной конторе. Их встретил делопроизво­дитель. Но пообещать им он ничего не мог.
    Видя, что здесь ничего определенного не добьешь­ся, возбужденные и обозленные рабочие возврати­лись в цехи, и некоторые, выражая протест против эксплуатации и бесправия, начали ломать то, что уже было построено, бить окна. Из механического цеха дали тревожные гудки. Перепуганный чинов­ник сообщил по телефону мариупольскому уездному исправнику о забастовке и начавшихся беспорядках. Исправник в свою очередь позвонил воинскому на­чальнику и попросил послать для подавления заба­стовки роту Перекопского резервного батальона, расквартированного в Мариуполе. После этого с дву­мя полицейскими надзирателями и восемью горо­довыми отправился на завод. Прибыв туда, он, чтобы выиграть время до подхода солдат, начал уговари­вать бастовавших приступить к работе, не скупился на обещания заступиться за них перед администра­цией завода.
    Рабочие слушали исправника, но веры ему не было. И как только он отъехал, раздались крики:
    — Пойдем на «Никополь»!..
    — Поднимем никопольцев!.. Всей массой они двинулись на соседний завод. Но по пути их встретили солдаты четвертой роты с винтовками наперевес. Под напором солдат и по­лиции рабочие стали отступать к колонии. Поли­цейским удалось арестовать 58 человек.
    Однако, несмотря на аресты и репрессии, рабочие не приступали к работе, держались стойко. 4 ноября заводоуправление вывесило объявление: «Админи­страция завода объявляет чернорабочим, что до 18 ноября поденная плата прежняя, т. е. 80 копеек в день. С 18 ноября по 1 мая поденная плата рабо­чим назначается 70 копеек, и тогда работа будет производиться от 7 часов утра до 5 часов вечера. Рабочие, не желающие оставаться на работе на этих условиях, должны заявить о расчете немедленно. Металлургическое общество «Русский Провиданс»1. (1 ЦГИАЛ, ф. 1405, оп 104, д. 12177, лл 3—5; ф 37 оп. 65, д. 2813, лл. 1086—1087, лл, 180-187) С арестованными хотели расправиться в судебном порядке. Началось следствие по обвинению их в по­вреждении заводского имущества (по определению заводоуправления, на сумму 22 000 руб.) и в сопро­тивлении властям. Но расправиться с рабочими капиталистам не удалось. Даже царский суд при­знал, что возмущение было вызвано исключительно тяжелыми условиями труда и жизни, жестоким обра­щением мастеров-иностранцев. Поэтому суд вынес оправдательный приговор. Недовольный этим, про­курор Харьковской судебной палаты опротестовал решение суда, в результате чего часть арестованных находилась в заключении до 1902 года. Но и она была оправдана и освобождена. По этому делу га­зета «Санкт-Петербургские ведомости» в № 270 за 1902 год сообщала, что «в Мариуполе выездной сес­сией Таганрогского окружного суда 12 сентября рассмотрено дело о беспорядках на заводе «Русский Провиданс», происходивших в 1898 году. К суду привлечены 19 человек и из-за давности все оправ­даны».
    Таким образом, первая крупная забастовка на заводе «Русский Провиданс» закончилась победой рабочих. Правда, она носила стихийный характер, но за короткое время, исчисляемое буквально меся­цами, положение дел в рабочем движении в Мариуполе резко изменилось. В 1898 году летом сюда приехали слесарь Александр Васильевич Жогло, уча­стник забастовки рабочих главных железнодорожных мастерских в Ростове, слесарь Александр Иванович Иванов, член Петербургского «Союза борьбы за осво­бождение рабочего класса», высланный из столицы за участие в забастовке рабочих Путиловского за­вода, и рабочий Иван Степанович Фомин, взятый под гласный надзор полиции за принадлежность к московскому социал-демократическому кружку. Эти товарищи, прошедшие школу классовой борьбы и знакомые с марксизмом, вели агитацию среди ра­бочих заводов.
    В октябре того же года по заданию Донского комитета РСДРП на завод «Русский Провиданс» приехал профессиональный революционер А. Я. Гу­синский. Вскоре он познакомился с передовыми ра­бочими и создал первую в Мариуполе социал-демо­кратическую группу.
    В 1899 году в город приехал организатор знаме­нитой Морозовской стачки в Орехово-Зуеве, ветеран рабочего движения Петр Анисимович Моисеенко. После второй, вологодской ссылки, пытаясь изба­виться от надзора полиции, он уехал на юг и в Ро­стове узнал, что рядом, в Новочеркасске, живет А. Серафимович, Тот посоветовал ему устроиться на работу в Мариуполе и дал адрес своего хорошего знакомого Г. Г. Псалти — владельца небольшой свечной фабрики. Работая на этой фабрике, П. А. Моисеенко создал здесь вторую социал-демо­кратическую группу. Но пребывание его в Мариупо­ле было недолгим. Поскольку департамент полиции занес Моисеенко в список лиц, подлежащих розыску, Уже в марте 1899 года Ростовское жандармское уп­равление донесло, что он работает в Мариуполе. Вслед за этим последовал обыск на квартире, где жил революционер. Почувствовав после этого усиление надзора, П. А. Моисеенко уехал на Щербиновские Рудники и там продолжал вести революционную Работу.
    Созданные А. Я. Гусинским и П. А. Моисеенко группы объединила Мариупольская социал-демокра­тическая организация. Ее члены изучали марксист­скую литературу, работы В. И. Ленина «Задачи русских социал-демократов» и «Объяснение закона о штрафах, взимаемых с рабочих на фабриках и за­водах».
    Руководство Мариупольской организации уста­новило тесные связи с социал-демократическими ор­ганизациями в других городах и прежде всего с Донским и Екатеринославским комитетами РСДРП. На нелегальных сходках члены кружка А. Я. Гусин­ский, А. И. Иванов, И. С. Фомин, А. В. Жогло, жена А. Я. Гусинского М. Л. Зеликман и другие разъяс­няли рабочим необходимость объединения в союзы, создания касс взаимопомощи, доказывали, что улуч­шить свое положение рабочие могут только в борьбе с капиталистами. Кружок имел свой гектограф, и на сходках кружковцы раздавали рабочим нелегаль­но отпечатанные листовки, призывающие к борьбе за лучшее будущее.
    Весной 1899 года было решено провести органи­зованную маевку. Накануне праздника, 28 апреля, члены кружка РСДРП отпечатали на гектографе большим тиражом прокламации «Воззвание к Пер­вому мая», «Сон под Первое мая» и «Русский рабо­чий в революционном движении», в которых шла речь о международном празднике трудящихся и со­держался призыв к участию в маевке. Прокламации были потом распространены в цехах обоих заводов. О том, какой резонанс это вызвало, свидетельствует доклад царю самого министра юстиции Муравьева. Он сообщал, что в результате социалистической про­паганды на мариупольском заводе «Никополь» 30 апреля 1899 года состоялась забастовка. Забасто­вали рабочие мартеновского цеха. Главным их тре­бованием было повышение заработной платы. Мар­теновцы вывесили на заводских воротах заявление о своем праве праздновать международный День солидарности трудящихся.
    Утром 1 Мая рабочие отправились не на заводы, а в залитые весенним цветением сады, тянувшиеся вдоль реки Нальчика, где состоялась первая в Мариуполе маевка. В июне 1899 года социал-демократи­ческая организация подготовила и провела крупней­шую на Юге России стачку рабочих обоих мариу­польских заводов.
    Заранее были выработаны требования к хозяевам заводов: перевести мастеровых с поденной на сдель­ную оплату; чернорабочим увеличить на 50 процен­тов заработную плату; снизить заработную плату мастерам-иностранцам до той, которую получают русские мастера; отпускать рабочим для питья вме­сто сырой воды кипяченую; использовать штрафные деньги на устройство в колонии школы и церкви; сократить на полчаса рабочий день. (1 ЦГИАЛ, ф. 1405, оп. 108, д. 10049, лл. 5, 50.)
    Непосредственным поводом для призыва к заба­стовке послужил трагический случай в механическом цехе завода «Русский Провиданс». Там во время работы разлетелся неправильно рассчитанный и расточенный шкив главной трансмиссии цеха. Один рабочий был убит, несколько ранено. Групповой несчастный случай возмутил рабочих. Кое-кто при­зывал уничтожить машины. В тот же вечер А. Я. Гу­синский собрал членов организации, и они все вме­сте решили обратиться к рабочим обоих заводов с призывом к стачке. Особое внимание уделялось разъяснению того, что в плохой жизни, в смерти погибших, в увечьях повинны не машины и мастер­ские, а хозяева заводов. С этой целью была напи­сана и отпечатана на гектографе прокламация «Письмо к мариупольским рабочим». 6 июля в цехах из рук в руки начали ходить листовки с призывом к организованной борьбе.
    Этот призыв встретил широкий отклик. 7 и 8 ию­ля рабочие в цехах обсудили требования и избрали уполномоченных. 9 июля уполномоченные пришли к директору и предъявили эти требования. Тот от разговора с рабочими отказался. Перед тем как уйти, рабочие заявили:
    — Говорить или не говорить с нами — это ваша воля. Но помните, мы своего добьемся!
    Едва за рабочими закрылась дверь, как директор бросился к телефону, вызвал мариупольского уезд­ного исправника, сообщил ему, что на заводе созда­лась угроза забастовки. Исправник в тот же день направил на завод группу полицейских. Но их появ­ление не испугало рабочих. Более того, утром 10 июля 250 рабочих механического цеха завода «Русский Провиданс» прекратили работу и предъя­вили начальнику цеха требования повысить зара­ботную плату и заменить сырую воду для питья кипяченой. Волнения начались в доменном, листо­прокатном, литейном и других цехах.
    Исправник, узнав о таком развитии событий, оставил на «Никополе» жандармского ротмистра, а сам с несколькими полицейскими поспешил на «Русский Провиданс». Там он увидел уже около тысячи забастовщиков. Подъехав к ним, начал уго­варивать, а когда собравшиеся отказались присту­пить к работе, перешел к угрозам, стал пугать Сибирью. Тогда в ответ ему из толпы раздалось:
    — Что пугаешь Сибирью! У нас здесь хуже, чем в Сибири!..
    —- Тот, кто у мартена побывал, само пекло повидал…
    Видя, что ни уговоры, ни угрозы исправника не оказывают желаемого воздействия, администрация решила по-иному повлиять на забастовщиков. Было вывешено объявление о том, что все, кто через два дня не приступит к работе, будут уволены. Чтобы сорвать этот маневр, руководители социал-демокра­тической организации А. Я. Гусинский, А. И. Ива­нов, И. С. Фомин и И. Г. Лугарев, выступая на рабочих сходках, доказывали, что всех не уволят, что надо держаться стойко, и тогда хозяева уступят. Забастовка продолжалась, и 12 июля работали по-прежнему только домны. В тот же день вечером на заводы прибыла рота солдат 210-го Перекопского резервного батальона. Утром 13 июля к конторе «Никополя» сошлись рабочие и заявили, что они согласны получить расчет и удалиться с завода при условии уплаты им двухнедельного вознаграждения согласно параграфу 21 договорного устава. Админи­страция не согласилась. Видя, что рабочие не желают приступать к работе, исправник отдал приказ об аресте восьмидесяти человек и под конвоем двумя пар­тиями отправил арестованных в городскую тюрьму.
    На следующий день пять тысяч бастующих вновь выставили свои условия и потребовали освободить арестованных. После этого они хотели остановить доменную печь, но, встретив возле нее солдат, ушли на базарную площадь. Александр Жогло дал тре­вожный гудок. На площади произошли столкновения с полицией и войсками. Там же по распоряжению исправника были арестованы Абрам Гусинский, Александр Жогло, Яков Коваленко, Василий Чапахчи и другие. Под конвоем семи конных городовых и взвода солдат их повели в городскую тюрьму. И тогда около двух тысяч рабочих двинулись следом. В полутора верстах от завода они начали наступать на конвой. В полицейских и солдат полетели камни. Солдаты открыли огонь по толпе, убив рабочего Бокренко. Бастующие, однако, продолжали насту­пать. Конвой бежал, оставив арестованных. На по­мощь конвою были высланы еще два взвода солдат. Рабочие оттеснили их к заводу. Вновь раздались выстрелы. Были убиты рабочие Демушкин и Холод, ранен Бубликов.
    Из канцелярии Екатеринославского губернатора донесли министру внутренних дел в Петербург: «Те­леграфное и телефонное сообщение между заводами, городом и ближайшими станциями рабочими пре­рвано. В тот же день посланы из Юзовки полусотни казаков и из Екатеринослава два батальона пехоты. Утром того же числа на место беспорядков выехал губернатор».
    15 июля, после прибытия губернатора с двумя пехотными батальонами, начались обыски и аресты. Социал-демократическая организация была разгром­лена. А. Я. Гусинского и других ее членов аресто­вали. При обыске на квартире А. Я. Гусинского обнаружили гектограф.
    Во время подавления забастовки было убито и ра­нено несколько десятков рабочих, несколько сот брошено в тюрьму. Весть о расправе с мариуполь­скими рабочими быстро облетела заводы и рудники Юга России.
    В прокламации Екатеринославского комитета РСДРП «Ко всем екатеринославским рабочим» пи­салось: «При воспоминании о мариупольской истории волосы становятся дыбом и кровь леденеет в жилах. Избить безоружных людей за то, что они хотели хоть сколько-нибудь улучшить свое положение. Из-за требования улучшить воду, совершенно негодную для питья, правительство перестреляло массу на­рода».
    17—22 января 1901 года Харьковская судебная палата рассмотрела в Мариуполе дело о забастовке на заводах в 1899 году. Прокурор требовал смертной казни А. Я. Гусинскому и А. В. Жогло, многим — каторгу и тюремное заключение. Защиту рабочих вели бесплатно прогрессивные столичные адвокаты М. П. Александров, Н. К. Муравьев и А. Ф. Сталь. Даже царский суд был вынужден почти все требо­вания рабочих признать правомерными и поэтому обвиняемых оправдал, осудив лишь Еремина, Злобина и Морозова к тюремному заключению сроком на один год — за нанесение телесных повреждений чинам полиции, а Писарева — на шесть месяцев — за предосудительное поведение1. (1 ЦГИАЛ, ф. 1405, оп. 103, д. 10049, л. 100.)
    По делу социал-демократической организации следствие велось отдельно. В докладе от 16 января 1902 года «О социалистической пропаганде и заба­стовке рабочих заводов «Никополь» и «Русский Провиданс» в 1899 году министр юстиции Муравьев предлагал Николаю II не судебным, а администра­тивным порядком выслать в восточную Сибирь А. Я. Гусинского на 4 года, а его жену М. Л. Зеликман — на 3 года; И. С. Фомина, А. И. Иванова, Г. А. Лосицкого, И. Г. Лугарева, М. Б. Смелого, С. К. Головского, В. И. Борисова, М. Г. Полякова кроме предварительного заключения, где они нахо­дились более двух лет, подвергнуть тюремному за­ключению на разные сроки. Царь на докладе напи­сал: «Согласен» 2. (2 Там же, он. 521, д. 452, л. 38.)
    Об этой забастовке писала в августе 1903 года ленинская «Искра». Позднее «Социал-демократический союз горнозаводских рабочих» распространил среди рабочих и шахтеров Донбасса листовку «Как до сих пор шахтеры и заводские боролись с хозяева­ми и как действовать теперь?». В ней отме­чалось: «Во-первых, мы видим, что здесь впер­вые были выставлены рабочими определенные тре­бования через своих выборных и были дружно поддержаны рабочими обоих заводов. Во-вторых, здесь опять убедились рабочие под градом солдат­ских пуль, что кроме непосредственного врага — капиталиста у них на шее сидит еще более опасный враг — царское правительство, которое ни за что не позволит рабочим бороться за улучшение своего положения»1. (1 Партийный архив Донецкого обкома Компартии Украины, ф. 1, оп. 1, д. 5, лл. 6—7.) В заключение листовка призывала ра­бочих объединяться в союзы.
    Забастовки конца XIX века, жертвы, которые понес в них рабочий класс, были первыми уроками в его борьбе за свои права. В результате забастовоч­ной борьбы мариупольские рабочие добились увели­чения поденной заработной платы чернорабочим с 60 до 80 копеек, значительно возросла сдельная оплата мастеровых. Рабочий день с 12—14 часов был сокращен до 10—11 часов.
    Однако даже это мизерное улучшение оказалось непродолжительным. Ускоренное развитие в России промышленности сменилось в 1901—1903 годах за­тяжным экономическим кризисом. Особенно сильно он ударил по черной металлургии, возросшей бла­годаря крупным казенным заказам. А в 1901 году, когда казна уменьшила заказ на чугун в два раза, владельцы заводов сократили его производство. По­этому уже в 1902 году на металлургических заводах Юга из 56 домен работали всего лишь 23.
    В корреспонденции из Мариуполя в ленинской «Искре» 1 сентября 1902 года говорилось: «Кризис у нас сказался самым заметным образом: из 10 000 занятых рабочих осталось едва 800 человек. Два крупнейших завода «Никополь-Мариупольский» и «Русский Провиданс» совсем прекращают свою дея­тельность».
    Капиталисты, стремясь переложить груз кризиса на плечи рабочих, резко сократили заработную пла­ту, удлинили рабочий день. По поводу этого в дру­гом письме рабочие сообщали: «Заработная плата понижена везде, где меньше, где больше; так, на­пример: в листопрокатном цехе «Никополь» зара­ботная плата срезана уже 4 раза за время (5 лет) существования завода, в механическом цехе она упа­ла до половины и больше по сравнению с прежней… Увеличилась напряженность труда: где раньше было 3, теперь 2 человека». (1 «Искра», 15 мая 1903 г.)

    ШЛА ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА
    Победа Великой Октябрьской социалистической революции встретила ожесточенное сопротивление всех контрреволюционных сил в стране, которые, как писал В. И. Ленин,— «…с бешеной страстью, с ненавистью, возросшей во сто крат, бросаются в бой за возвращение отнятого «рая» ‘. Поэтому про­летариату страны, в том числе и пролетариату Ма­риуполя, надо было копить силы, чтобы отстоять завоевания Октября.
    Для борьбы с контрреволюцией Мариупольский Совет стал формировать из рабочих города новые отряды Красной гвардии. Оружия по-прежнему не хватало. В то время к себе на Дон через станцию Волноваха возвращались казаки. Решено было этим воспользоваться. В середине января 1918 года в Волноваху выехал отряд бойцов-агитаторов во главе с П. Д. Сорокиным с целью уговорить казаков сдать винтовки. На станции висел огромный плакат: «Братья казаки, отдавайте винтовки рабочему, а шашками рубите головы своим атаманам». Красно­армейцы смело входили в теплушки и завязывали с казаками беседы, рассказывали им о Советской власти, раздавали листовки. Как правило, агитаторы добивались того, что казаки значительную часть оружия сдавали.
    В конце января 1918 года В. А. Варганов был назначен комиссаром по военным и морским делам города Мариуполя и Мариупольского уезда. На стан­ции Волноваха организовали боевой участок Крас­ной гвардии, в задачу которого входило разоруже­ние казаков. Начальником боевого участка и комен­дантом станции Волноваха стал рабочий «Никополя» большевик К. С. Турчанинов.
    Подписание Брестского мира и выход Советской республики из войны открыли новую полосу в ее раз­витии. Завоевав передышку, партия сосредоточила внимание на восстановлении экономики и реорганиза­ции всей жизни страны на началах социализма. Встал вопрос о создании новых, социалистических производ-
    1 Л е н и н В. И. Полк. собр. соч., т. 37, с. 264.
    ственных отношений, без которых не могли разви­ваться быстрыми темпами производительные силы страны. Идея организации рабочего контроля еще в период подготовки Октября сыграла важную роль в борьбе за победу социалистической революции. В пер­вый период Советской власти рабочий контроль рас­сматривался партией как средство перехода к нацио­нализации крупной промышленности. Поэтому 14 но­ября 1917 года ВЦИК Советов издал декрет о введе­нии рабочего контроля, а на следующий день Совет Народных Комиссаров РСФСР утвердил «Положение о рабочем контроле».
    Комиссиям рабочего контроля на мариупольских заводах пришлось преодолеть немалые трудности. Положение создалось исключительно тяжелое. На­чальники цехов, инженеры и мастера, в большинстве своем иностранцы, саботировали решения Совета.
    По этому поводу газета «Донецкий пролетарий» писала 30 декабря 1917 года: «Мариупольский Со­вет рабочих и солдатских депутатов по вопросу оста­новки заводов «Никополь-Мариупольское общест­во» и «Русский Провиданс» постановил не допустить остановки означенных заводов и просить наряды на уголь в Экономическом совете.
    Принимаются экстренные меры по демобилизации нашей промышленности в Мариуполе.
    Просим эти заводы секвестровать в достояние Российской республики, так как наш контроль не принимается правлениями этих заводов».
    Сказывалось также общее расстройство народ­ного хозяйства и транспорта в стране. Заводы не получали топлива, их жизнь замирала. На «Нико­поле» в декабре 1917 года остановились все марте­новские печи, доменная печь, производительность прокатных станов уменьшилась втрое. На «Русском Провидансе» в октябре работали три домны из четы­рех, а в декабре остановились все.
    Совет рабочих депутатов и контрольные комиссии заводов взялись за хозяйственно-организаторскую работу. Они рассылали письма в адреса Советов рабочих депутатов Донбасса с просьбой увеличить добычу угля, вести борьбу с саботажем, посылали своих представителей на шахты.
    Однако дело снабжения заводов углем всячески тормозили шахтовладельцы. Совет съезда горнопро­мышленников Юга России в начале февраля 1918 го­да обратился ко всем горнопромышленникам с письмом, в котором предлагал задержать на две недели подвоз угля с рудников к станциям же­лезных дорог. Расчет был такой: через неделю-другую начнется распутица, подвоз угля станет не­возможным, и промышленность страны останется без топлива. Усилятся безработица и разруха.
    После разоблачения этого саботажа Совет съезда горнопромышленников Юга России декретом Совет­ской власти 19 февраля 1918 года был распущен.
    Большое внимание угольной и металлургической промышленности уделял В. И. Ленин. В начале 1918 года в Донбасс была послана комиссия ЦК партии, наметившая мероприятия по восстановлению заводов и шахт.
    Важную роль в проведении социалистических преобразований сыграл IV областной съезд Советов Донецкого и Криворожского бассейнов. В своем ре­шении по экономическим вопросам он потребовал организовать управление рудниками, заводами и всем народным хозяйством через областной Совет народного хозяйства.
    Для возобновления работы на заводах, развер­тывания социалистического строительства и создания Красной Армии нужны были средства. Поэтому Сов­нарком РСФСР и Советское правительство Украины дали указания мобилизовать средства буржуазии для восстановления народного хозяйства. На их основе Мариупольский Совет решением от 2 марта 1918 года обложил городскую буржуазию налогом в 3 миллио­на рублей 1.
    Мариупольский Совет конфисковал в порту уголь и направил на заводы «Никополь» и «Русский Провиданс» по 200 тысяч пудов.
    Заводы постепенно возрождались. Уже в январе 1918 года первая доменная печь «Русского Провиданса» начала давать чугун. На «Никополе» перио­дически работали лишь одна доменная и одна мар-
    1 «Революционное слово», 24 марта 1918 г.
    теновская печи. В марте завод дал 403 286 пудов чугуна и 386 727 пудов стали. Возобновили работу трубный и снарядный цехи.
    В начале апреля Харьковский Совет Народного Хозяйства по ходатайству контрольной комиссии и заводоуправления «Русского Провиданса» принял постановление о возобновлении работы всех цехов с полной нагрузкой. Для обеспечения бесперебойной работы заводу выдали наряд на уголь. На «Никопо­ле» должны были работать только три цеха: домен­ный, мартеновский и листопрокатный.
    Тяжелым оставалось положение в городе с про­довольствием. В начале марта исполнительный коми­тет Совета рабочих и солдатских депутатов постано­вил сократить паек для рабочих с полутора до одно­го фунта хлеба в сутки, а для неработающих вместо одного фунта выдавать три четверти фунта. В по­становлении указывалось, что настоящее сокраще­ние пайка вводится временно и входит в силу с 5 мар­та 1918 года.
    Совет принимал все меры для бесперебойной ра­боты заводов и снабжения рабочих продуктами питания. В села уезда для заготовки хлеба были посланы члены Совета и уездной продовольственной управы. Вскоре в город начал поступать хлеб. 27 марта член продовольственной управы И. Д. Бо­рисов, посланный в село Урзуф (ныне пос. Примор­ское), направил оттуда в Мариуполь около 5000 пу­дов пшеницы.
    В феврале 1918 года кайзеровские войска начали наступление по всему Южному фронту. Централь­ная рада, предав народ, открыто призвала их окку­пировать Украину.
    Против наступающих австро-германских войск в феврале 1918 года из Мариуполя в район Одессы направился морем отряд под командованием Н. И. Клюева. В боях он понес большие потери, героически погиб его командир.
    10 марта 1918 года постановлением исполкома Мариупольского Совета рабочих депутатов Военно-революционный комитет был упразднен и вместо него создан штаб Военного комиссара по борьбе о контрреволюцией. Военным комиссаром стал Болес­лав Александрович Вильклиш.
    13 марта 1918 года большевики организовали в здании цирка митинг, на котором присутствовало 800 человек. В резолюции по текущему моменту говорилось: Принимая во внимание, что австро-германское наступление является разбойничьим на­ падением на русскую революцию… и признавая не­обходимость дать немедленно дружный отпор не­мецкой банде и спасти революционные завоевания, мы считаем нашим долгом стать в ряды Красной
    Армии и, как один человек, с оружием в руках бороться против нашествия белой гвардии» ‘.
    14 марта Мариупольский Совет опубликовал воз­звание, в котором призывал всех встать на защиту социалистического Отечества. В доме, располагав­шемся на углу нынешней улицы Артема у городско­го сквера, день и ночь шло формирование Первого Мариупольского отряда Красной Армии. В короткий срок была создана воинская часть численностью 3000 человек, имевшая 60 пулеметов и артиллерий­скую батарею из 8 орудий.
    21 марта 1918 года создается штаб Красной Ар­мии. При нем начал действовать организационно-агитационный отдел. Вокруг Мариуполя строились оборонительные сооружения.
    28 марта основные красноармейские силы Мариу­поля под командованием В. А. Варганова по приказу Главковерха Украины В..А. Антонова-Овсеенко вы­ступили к Екатеринославу. 2 апреля они перешли в наступление против оккупантов и гайдамаков. Од­нако молодые отряды Красной Армии не смогли в ожесточенных боях под Екатеринославом устоять и отступили.
    7 апреля Мариупольский штаб Красной Армии снова обратился с призывом к населению взяться за оружие. Контрреволюция готовила мятеж. 8 ап­реля националисты, меньшевики и эсеры организо­вали митинг. Вечером 8 апреля начались уличные бои между красногвардейцами и силами контррево­люции, длившиеся двое суток. Вечером 10 апреля
    1 «Революционное слово», 16 марта 1918 г.
    красногвардейский отряд во главе с В. А. Варгано­вым и Б. А. Вильклишем ушел к Таганрогу.
    14 апреля в газете «Революционное слово» пре­датели оповестили население о том, что в городе создан Временный исполнительный комитет Совета рабочих, крестьянских, матросских и солдатских депутатов. Через пять дней австро-германскими вой­сками была захвачена Волноваха. И Временный ис­полнительный комитет, показав свое истинное, контрреволюционное лицо, послал делегацию при­ветствовать оккупантов. Те ожидали нападения от­рядов Красной Армии со стороны Мариуполя и разобрали железнодорожный путь. Делегации при­шлось пройти несколько километров пешком.
    20 апреля 1918 года австро-германские войска заняли Мариуполь. Через несколько дней Временный исполнительный комитет был распущен, а власть пе­редана городской думе созыва 1911 года и уездному старосте. Начался разгул реакции, везде восстанавли­вались старые порядки.
    По всему уезду рыскали карательные отряды, грабившие и истязавшие крестьян. Вместе с оккупан­тами свирепствовали и белогвардейцы. 30 апреля 1918 года банды генерала Щербачева напали на первую Мариупольскую сельскохозяйственную ком­муну, разграбили и разорили ее, многих членов коммуны убили.
    Зверски был замучен ее организатор Артемий Ильич Бодров.
    8 мая был закрыт завод «Никополь», за этим по­следовало распоряжение и о закрытии «Русского Провиданса». Тысячи людей остались без работы. То же самое происходило и на других металлурги­ческих заводах Донбасса. К лету 1918 года были остановлены все предприятия Юга России.
    В городе не было продовольствия. Хлебное положе­ние в Мариуполе оставалось катастрофичное. И в то же время десятки эшелонов с металлом, оборудовани­ем, хлебом и скотом были отправлены в Австро-Вен­грию и Германию.
    Большевистская партия поднимала народные массы на освободительную борьбу с оккупантами. В мае 1918 года в Мариуполе был создан подпольный большевистский комитет во главе с председа­телем Георгием Македоном. В его состав вошли К. С. Турчанинов, И. А. Каракошенко, Т. А. Какута, Я. Л. Воленберг, И. Зубченко. Активную работу в подполье вели А. И. Лукьянченко, П. Я. Диденко, И. П. Полыциков, И. И. Серов, А. Р. Попов, А. С. Солдатов и его дочери Мария и Меланья, Е. Фокин и другие.
    В июне 1918 года в Мариуполе, в садах у Каль­чика, прошла уездная большевистская конференция. На ней обсуждались вопросы о посылке делегата на I съезд КП(б)У

  11. Д. Н. ГРУШЕВСКИЙ,
    Н. Г. РУДЕНКО
    ЖДАНОВ
    ИСТОРИКО-КРАЕВЕДЧЕСКИЙ ОЧЕРК
    (Отрывки)

    ШЛА ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА
    Победа Великой Октябрьской социалистической революции встретила ожесточенное сопротивление всех контрреволюционных сил в стране, которые, как писал В. И. Ленин,— «…с бешеной страстью, с ненавистью, возросшей во сто крат, бросаются в бой за возвращение отнятого «рая» ‘. Поэтому про­летариату страны, в том числе и пролетариату Ма­риуполя, надо было копить силы, чтобы отстоять завоевания Октября.
    Для борьбы с контрреволюцией Мариупольский Совет стал формировать из рабочих города новые отряды Красной гвардии. Оружия по-прежнему не хватало. В то время к себе на Дон через станцию Волноваха возвращались казаки. Решено было этим воспользоваться. В середине января 1918 года в Волноваху выехал отряд бойцов-агитаторов во главе с П. Д. Сорокиным с целью уговорить казаков сдать винтовки. На станции висел огромный плакат: «Братья казаки, отдавайте винтовки рабочему, а шашками рубите головы своим атаманам». Красно­армейцы смело входили в теплушки и завязывали с казаками беседы, рассказывали им о Советской власти, раздавали листовки. Как правило, агитаторы добивались того, что казаки значительную часть оружия сдавали.
    В конце января 1918 года В. А. Варганов был назначен комиссаром по военным и морским делам города Мариуполя и Мариупольского уезда. На стан­ции Волноваха организовали боевой участок Крас­ной гвардии, в задачу которого входило разоруже­ние казаков. Начальником боевого участка и комен­дантом станции Волноваха стал рабочий «Никополя» большевик К. С. Турчанинов.
    Подписание Брестского мира и выход Советской республики из войны открыли новую полосу в ее раз­витии. Завоевав передышку, партия сосредоточила внимание на восстановлении экономики и реорганиза­ции всей жизни страны на началах социализма. Встал вопрос о создании новых, социалистических производ-
    1 Л е н и н В. И. Полк. собр. соч., т. 37, с. 264.
    ственных отношений, без которых не могли разви­ваться быстрыми темпами производительные силы страны. Идея организации рабочего контроля еще в период подготовки Октября сыграла важную роль в борьбе за победу социалистической революции. В пер­вый период Советской власти рабочий контроль рас­сматривался партией как средство перехода к нацио­нализации крупной промышленности. Поэтому 14 но­ября 1917 года ВЦИК Советов издал декрет о введе­нии рабочего контроля, а на следующий день Совет Народных Комиссаров РСФСР утвердил «Положение о рабочем контроле».
    Комиссиям рабочего контроля на мариупольских заводах пришлось преодолеть немалые трудности. Положение создалось исключительно тяжелое. На­чальники цехов, инженеры и мастера, в большинстве своем иностранцы, саботировали решения Совета.
    По этому поводу газета «Донецкий пролетарий» писала 30 декабря 1917 года: «Мариупольский Со­вет рабочих и солдатских депутатов по вопросу оста­новки заводов «Никополь-Мариупольское общест­во» и «Русский Провиданс» постановил не допустить остановки означенных заводов и просить наряды на уголь в Экономическом совете.
    Принимаются экстренные меры по демобилизации нашей промышленности в Мариуполе.
    Просим эти заводы секвестровать в достояние Российской республики, так как наш контроль не принимается правлениями этих заводов».
    Сказывалось также общее расстройство народ­ного хозяйства и транспорта в стране. Заводы не получали топлива, их жизнь замирала. На «Нико­поле» в декабре 1917 года остановились все марте­новские печи, доменная печь, производительность прокатных станов уменьшилась втрое. На «Русском Провидансе» в октябре работали три домны из четы­рех, а в декабре остановились все.
    Совет рабочих депутатов и контрольные комиссии заводов взялись за хозяйственно-организаторскую работу. Они рассылали письма в адреса Советов рабочих депутатов Донбасса с просьбой увеличить добычу угля, вести борьбу с саботажем, посылали своих представителей на шахты.
    Однако дело снабжения заводов углем всячески тормозили шахтовладельцы. Совет съезда горнопро­мышленников Юга России в начале февраля 1918 го­да обратился ко всем горнопромышленникам с письмом, в котором предлагал задержать на две недели подвоз угля с рудников к станциям же­лезных дорог. Расчет был такой: через неделю-другую начнется распутица, подвоз угля станет не­возможным, и промышленность страны останется без топлива. Усилятся безработица и разруха.
    После разоблачения этого саботажа Совет съезда горнопромышленников Юга России декретом Совет­ской власти 19 февраля 1918 года был распущен.
    Большое внимание угольной и металлургической промышленности уделял В. И. Ленин. В начале 1918 года в Донбасс была послана комиссия ЦК партии, наметившая мероприятия по восстановлению заводов и шахт.
    Важную роль в проведении социалистических преобразований сыграл IV областной съезд Советов Донецкого и Криворожского бассейнов. В своем ре­шении по экономическим вопросам он потребовал организовать управление рудниками, заводами и всем народным хозяйством через областной Совет народного хозяйства.
    Для возобновления работы на заводах, развер­тывания социалистического строительства и создания Красной Армии нужны были средства. Поэтому Сов­нарком РСФСР и Советское правительство Украины дали указания мобилизовать средства буржуазии для восстановления народного хозяйства. На их основе Мариупольский Совет решением от 2 марта 1918 года обложил городскую буржуазию налогом в 3 миллио­на рублей 1.
    Мариупольский Совет конфисковал в порту уголь и направил на заводы «Никополь» и «Русский Провиданс» по 200 тысяч пудов.
    Заводы постепенно возрождались. Уже в январе 1918 года первая доменная печь «Русского Провиданса» начала давать чугун. На «Никополе» перио­дически работали лишь одна доменная и одна мар-
    1 «Революционное слово», 24 марта 1918 г.
    теновская печи. В марте завод дал 403 286 пудов чугуна и 386 727 пудов стали. Возобновили работу трубный и снарядный цехи.
    В начале апреля Харьковский Совет Народного Хозяйства по ходатайству контрольной комиссии и заводоуправления «Русского Провиданса» принял постановление о возобновлении работы всех цехов с полной нагрузкой. Для обеспечения бесперебойной работы заводу выдали наряд на уголь. На «Никопо­ле» должны были работать только три цеха: домен­ный, мартеновский и листопрокатный.
    Тяжелым оставалось положение в городе с про­довольствием. В начале марта исполнительный коми­тет Совета рабочих и солдатских депутатов постано­вил сократить паек для рабочих с полутора до одно­го фунта хлеба в сутки, а для неработающих вместо одного фунта выдавать три четверти фунта. В по­становлении указывалось, что настоящее сокраще­ние пайка вводится временно и входит в силу с 5 мар­та 1918 года.
    Совет принимал все меры для бесперебойной ра­боты заводов и снабжения рабочих продуктами питания. В села уезда для заготовки хлеба были посланы члены Совета и уездной продовольственной управы. Вскоре в город начал поступать хлеб. 27 марта член продовольственной управы И. Д. Бо­рисов, посланный в село Урзуф (ныне пос. Примор­ское), направил оттуда в Мариуполь около 5000 пу­дов пшеницы.
    В феврале 1918 года кайзеровские войска начали наступление по всему Южному фронту. Централь­ная рада, предав народ, открыто призвала их окку­пировать Украину.
    Против наступающих австро-германских войск в феврале 1918 года из Мариуполя в район Одессы направился морем отряд под командованием Н. И. Клюева. В боях он понес большие потери, героически погиб его командир.
    10 марта 1918 года постановлением исполкома Мариупольского Совета рабочих депутатов Военно-революционный комитет был упразднен и вместо него создан штаб Военного комиссара по борьбе о контрреволюцией. Военным комиссаром стал Болес­лав Александрович Вильклиш.
    13 марта 1918 года большевики организовали в здании цирка митинг, на котором присутствовало 800 человек. В резолюции по текущему моменту говорилось: Принимая во внимание, что австро-германское наступление является разбойничьим на­ падением на русскую революцию… и признавая не­обходимость дать немедленно дружный отпор не­мецкой банде и спасти революционные завоевания, мы считаем нашим долгом стать в ряды Красной
    Армии и, как один человек, с оружием в руках бороться против нашествия белой гвардии» ‘.
    14 марта Мариупольский Совет опубликовал воз­звание, в котором призывал всех встать на защиту социалистического Отечества. В доме, располагав­шемся на углу нынешней улицы Артема у городско­го сквера, день и ночь шло формирование Первого Мариупольского отряда Красной Армии. В короткий срок была создана воинская часть численностью 3000 человек, имевшая 60 пулеметов и артиллерий­скую батарею из 8 орудий.
    21 марта 1918 года создается штаб Красной Ар­мии. При нем начал действовать организационно-агитационный отдел. Вокруг Мариуполя строились оборонительные сооружения.
    28 марта основные красноармейские силы Мариу­поля под командованием В. А. Варганова по приказу Главковерха Украины В..А. Антонова-Овсеенко вы­ступили к Екатеринославу. 2 апреля они перешли в наступление против оккупантов и гайдамаков. Од­нако молодые отряды Красной Армии не смогли в ожесточенных боях под Екатеринославом устоять и отступили.
    7 апреля Мариупольский штаб Красной Армии снова обратился с призывом к населению взяться за оружие. Контрреволюция готовила мятеж. 8 ап­реля националисты, меньшевики и эсеры организо­вали митинг. Вечером 8 апреля начались уличные бои между красногвардейцами и силами контррево­люции, длившиеся двое суток. Вечером 10 апреля
    1 «Революционное слово», 16 марта 1918 г.
    красногвардейский отряд во главе с В. А. Варгано­вым и Б. А. Вильклишем ушел к Таганрогу.
    14 апреля в газете «Революционное слово» пре­датели оповестили население о том, что в городе создан Временный исполнительный комитет Совета рабочих, крестьянских, матросских и солдатских депутатов. Через пять дней австро-германскими вой­сками была захвачена Волноваха. И Временный ис­полнительный комитет, показав свое истинное, контрреволюционное лицо, послал делегацию при­ветствовать оккупантов. Те ожидали нападения от­рядов Красной Армии со стороны Мариуполя и разобрали железнодорожный путь. Делегации при­шлось пройти несколько километров пешком.
    20 апреля 1918 года австро-германские войска заняли Мариуполь. Через несколько дней Временный исполнительный комитет был распущен, а власть пе­редана городской думе созыва 1911 года и уездному старосте. Начался разгул реакции, везде восстанавли­вались старые порядки.
    По всему уезду рыскали карательные отряды, грабившие и истязавшие крестьян. Вместе с оккупан­тами свирепствовали и белогвардейцы. 30 апреля 1918 года банды генерала Щербачева напали на первую Мариупольскую сельскохозяйственную ком­муну, разграбили и разорили ее, многих членов коммуны убили.
    Зверски был замучен ее организатор Артемий Ильич Бодров.
    8 мая был закрыт завод «Никополь», за этим по­следовало распоряжение и о закрытии «Русского Провиданса». Тысячи людей остались без работы. То же самое происходило и на других металлурги­ческих заводах Донбасса. К лету 1918 года были остановлены все предприятия Юга России.
    В городе не было продовольствия. Хлебное положе­ние в Мариуполе оставалось катастрофичное. И в то же время десятки эшелонов с металлом, оборудовани­ем, хлебом и скотом были отправлены в Австро-Вен­грию и Германию.
    Большевистская партия поднимала народные массы на освободительную борьбу с оккупантами. В мае 1918 года в Мариуполе был создан подпольный большевистский комитет во главе с председа­телем Георгием Македоном. В его состав вошли К. С. Турчанинов, И. А. Каракошенко, Т. А. Какута, Я. Л. Воленберг, И. Зубченко. Активную работу в подполье вели А. И. Лукьянченко, П. Я. Диденко, И. П. Полыциков, И. И. Серов, А. Р. Попов, А. С. Солдатов и его дочери Мария и Меланья, Е. Фокин и другие.
    В июне 1918 года в Мариуполе, в садах у Каль­чика, прошла уездная большевистская конференция. На ней обсуждались вопросы о посылке делегата на I съезд КП(б)У в Москву и подготовке вооружен­ного восстания против оккупантов. Делегатом на I съезд КП(б)У был избран Седой ‘.
    Работа съезда (с 5 по 12 июля) проходила под не­посредственным руководством В. И. Ленина, который дал ряд советов по коренным проблемам руководства революционной борьбой украинского народа, образо­вания Компартии Украины как составной и неотъем­лемой части единой РКП (б).
    В принятой резолюции съезд дал глубокий анализ политического положения и расстановки классовых сил в условиях немецкой оккупации. Подчеркивалось, что борьба будет успешной в том случае, если во гла­ве ее будут идти рабочий класс, руководимый Комму­нистической партией, что решающим фактором побе­ды революционных сил на Украине является укреп­ление Советской России.
    Большевики местных организаций проводили сре­ди рабочих большую разъяснительную работу. 9 ию­ля грузчики порта отказались грузить пароход «Беш­тау» и разгружать вагоны. Забастовка длилась 6 дней. Она была не единственной в Мариуполе. В мае заба­стовали рабочие кожевенного завода, в июне ее про­водил профсоюз официантов гостиниц и ресторанов, а 21 июля начали забастовку железнодорожники на участке Мариуполь — Волноваха.
    Как и повсюду, в Мариуполе готовились к реши­тельным боям с интервентами. Создавались ударные группы на металлургических заводах, в порту, на железной дороге. Для установления связи с кресть-
    1 Протокол I съезда КП(б)У, 1918, с. 4, 103.
    янством и привлечения его к восстанию в села от­правился член комитета И. А. Каракошенко.
    Восстание против оккупантов вспыхнуло в ночь на 24 июля. Оно началось одновременно в централь­ной части города, в порту и заводском районе. Вос­ставшие напали на казарму и штабное помещение. Рабочие «Никополя» разогнали часовых. Городской отряд внезапным ударом захватил австрийскую батарею на Успенской площади, а возле банка — немецкий пулемет. Ожесточенный бой разгорелся в районе станции Мариуполь и паровозного депо. Группа повстанцев, среди которых были Алексей Беляченко, Константин Бороденко, Алексей Ерма­ков и другие, открыла огонь по суетившимся в стра­хе солдатам противника. Соединившись с городским отрядом, железнодорожники окружили на Слободке здание, где помещался штаб австрийских войск. Сняв караулы, ворвались в помещение и там за­хватили оружие.
    В порту группа повстанцев численностью до 200 человек вместе с подоспевшими на лодке ейски­ми партизанами захватила главную штаб-квартиру австрийцев. Другой отряд двинулся к причалам. Ав­стрийцы были выбиты из порта, но захватить суда повстанцам не удалось. ‘ (1 ЦГАОР УССР, ф. 2311, оп. 1, д. 8, л. 117.)
    Рабочие заводов, разоружившие и разогнавшие гетманскую варту, соединиться с повстанцами города не смогли. Утром 24 июля со станции Волноваха и из Бердянска подошли кавалерийские части Бавар­ской дивизии. Поначалу, захватив Гавань, Слободку, интервенты двинулись в район порта. Взятых в плен повстанцев расстреливали на месте. На берегу моря расстреляли осмотрщика вагонов станции Мариуполь В. П. Бурлако, рабочих депо И. В. Дегтяренко, Г. С. Семченко и старика Н. Н. Пирогова с.двумя сыновьями. На помощь восставшим из Ейска на парусных лодках прибыла группа большевиков. Однако высадиться на берег удалось только с одной лодки.
    В порту было захвачено и предано военно-поле­вому суду 150 человек. Суд приговорил каждого десятого к расстрелу, а остальных — к бессрочной каторге в Австрии. Начались поголовные обыски. Тех, у кого в доме находили оружие, немедленно расстреливали.
    Под ударами частей Красной Армии, восставших рабочих и крестьян оккупационный режим пал. Но контрреволюция всеми силами цеплялась за Дон­басс. На смену интервентам пришли красновские и деникинские войска. По приказу атамана Краснова 22 ноября 1918 года Мариуполь был занят отрядом белоказаков полковника Жирова, который установил режим беспощадного террора, объявил город на осад­ном положении, ввел военно-полевой суд.
    Большевики, руководимые Зафронтовым бюро ЦК КП(б)У во главе с С. В. Косиором, вели работу в подполье. В январе 1919 года подпольная конфе­ренция большевиков Мариуполя приняла решение о создании в городе подпольной ЧК. В ее состав вошли вместе с членом партийного комитета Фоки­ным испытанные, стойкие коммунисты Холмаков, Диденко, Чуриков, Какута и другие. Благодаря их самоотверженности был получен ряд документов, имевших большую ценность для Красной Армии и органов ЧК.
    Империалисты Антанты и США старались не допустить восстановления Советской власти на Ук­раине.
    6 декабря 1918 года в Мариуполь на судах при­были англо-французские войска. В конце декабря город заняли отряды под командованием генерал-майора Май-Маевского. Генерал издал приказ о при­зыве в добровольческую армию всех мужчин в воз­расте от 17 до 45 лет. 1
    Подпольный комитет большевиков выпустил лис­товки с призывом не идти служить в армию против народа, а создавать партизанские отряды. Органи­зовать такие отряды было поручено начальнику опе­ративного отдела подпольного партийного комитета К. С. Турчанинову.
    В январе 1919 года началось формирование ра­бочего отряда. Для связи с селами и подготовки
    1 «Мариупольские известия», 3 января 1919 г.
    там повстанческих отрядов выделялись представите­ли комитета. К весне 1919 года партизанское дви­жение охватило весь Мариупольский уезд. В селе Мангуш (ныне Першотравневое) крестьяне, руково­димые большевиком рабочим завода «Никополь» Д. Н. Орловым, разоружили карательный отряд. Вокруг села они вырыли о«опы и приготовились к обороне. Когда подошел новый отряд белогвардей­цев, повстанцы его разбили, захватив винтовки и два орудия.
    Широкую известность в то время получил парти­занский отряд Марка Тимофеевича Давыдова, насчи­тывавший более 2000 человек. Он освободил от бело­гвардейцев ряд сел.
    Части Красной Армии, изгнав врагов из Харько­ва, шли в Донбасс. Освободила Мариуполь 1-я Заднепровская Советская стрелковая дивизия, коман­диром которой был Павел Ефимович Дыбенко.
    На городских зданиях вновь вспыхнули алые флаги. Но взрывы снарядов и пулеметная стрельба еще не стихли. Белогвардейцы, отступив к порту, под прикрытием артиллерийского и пулеметного огня французских военных кораблей грузились на суда.
    В советских оперативных сводках говорилось тогда: «После двухдневной блокады мы взяли порт города Мариуполя… Мариупольский район очища­ется от врага… Во время захвата Мариуполя мы взяли один бронированный поезд, 18 исправных паровозов с вагонами, два катера и другое имущест­во. В порту осталось 35 млн. пудов угля».’
    В Мариуполе и уезде восстанавливается Советская власть. В городе был создан революционный коми­тет, в состав которого вошли М. Македон, Г. Македон, И. Нейбах, М. Кузьменко, Н. Крюков, Ф. Хорошун, Я. Рудаев и Я. Груша. Создаются партийные и ком­сомольские организации, начинает выходить газета «Известия» — орган ревкома. 5 апреля 1919 года «Известия» сообщали о митинге-концерте для крас­ноармейцев и рабочих, который состоялся 3 апреля
    1 Гражданская война на Украине. Киев, 1967, т. 1., кн. 2, с. 291-292.
    в цирке. На митинге выступили П. Е. Дыбенко и А. М. Коллонтай.
    Восстановление Советской власти было с востор­гом встречено жителями города, о чем свидетельст­вует телеграмма В. И. Ленину, отправленная из Мариупольского порта 2 апреля 1919 года. В ней говорилось: «28 марта с. г. главные революционные силы Красной Армии принесли нашему краю ос­вобождение от ига буржуазии и белогвардейских свор…»
    Потерпев поражение в прямой агрессии, импери­алисты Антанты не отказались от своих преступных планов. Весной 1919 года они делают главную ставку на армию Деникина, шлют ей снаряжение, необ­ходимое вооружение и десятки танков. Деникинцы, укрепившись на Кубани и Дону, начали наступле­ние на Донбасс.
    Для защиты города из металлургов и железнодо­рожников был создан Мариупольский рабочий ба­тальон. Его командиром ревком назначил боль­шевика Кузьму Апатова, комиссаром — Ивана Шишлова, начальником штаба — Ивана Мартынен-ко. Боевое крещение батальон получил под станицей Новониколаевокой (ныне город Новоазовск). 15 ап­реля 1919 года батальон вынужден был отступить к Бердянску. Но уже 27 апреля, собрав силы, он дал бой белогвардейцам и освободил Мариу­поль.
    В город вновь вернулся ревком. 16 мая 1919 года остоялись выборы в Советы рабочих и крестьянских епутатов.
    В середине мая деникинцы, получив подкрепле­ние, перешли в новое наступление на Донбасс. Это ставило в тяжкое положение Советскую республику. В. И. Ленин внимательно следил за событиями. В телеграмме СНК УССР он говорил о катастрофи­ческом положении в Донбассе и необходимости воен­ной помощи ему. В другой телеграмме повторил просьбу дважды в неделю телеграфировать о факти­ческой помощи Донбассу.
    В телеграмме командующему Украинским фрон­том В. А. Антонову-Овсеенко В. И. Ленин требовал признать Донбассфронт важнейшим Украинским фронтом и дать солидное подкрепление на участок Донецкий бассейн — Мариуполь.
    19 мая конница Шкуро захватила Волноваху. Деникинцы опять создали непосредственную угрозу Мариуполю. Военно-революционный комитет в этих условиях призвал население уходить из города, ни­чего не оставляя врагу. Большевистская организа­ция объявила себя мобилизованной на фронт.
    С севера и востока наступали пешие и конные отряды белогвардейцев. 23 мая в море вновь пока­зались французские военные корабли. Мариуполь­ский батальон, оставив город, с боями отступал к Бердянску, прикрывая колонны беженцев. 6 июня в городском саду Бердянска состоялся большой ми­тинг. Выступающие призывали трудящихся встать на защиту молодой Советской республики. Сотни беженцев изъявили желание влиться в Мариуполь­ский батальон.
    13 июня батальон вынужден был отступить к Александровску (ныне Запорожье). Здесь он был преобразован в 1-й Мариупольский украинский со­ветский полк, а затем влился в 46-ю дивизию 13-й ар­мии. Командиром полка был назначен К. П. Апатов, комиссаром — И. Н. Антипченко.
    Полк с тяжелыми боями отступал на север. Особенно жаркой была схватка у станции Лозовая. За операцию по разгрому деникинской дивизии под Харьковом командир полка Кузьма Павлович Апа­тов был награжден орденом Красного Знамени.
    В начале июня деникинцам удалось овладеть Донбассом. Снова на донецкой земле полилась кровь, снова на виселицах умирали борцы за свободу. Поте­ря Донбасса вновь создала небывалые трудности для Советской республики.
    Центральный Комитет партии разработал план разгрома Деникина и провел ряд организационных и политических мероприятий по подготовке наступле­ния Красной Армии. Оно началось в октябре 1919 го­да. Первая Конная армия под командованием С. М. Буденного и К. Е. Ворошилова, разбив бело­гвардейцев на Северском Донце, погнала их на юг. Славянск, Бахмут, Горловка в канун нового года встречали победителей. 3 января 1920 года была освобождена Юзовка, а на следующий день, 4 ян­варя, части Красной Армии были уже б Мариу­поле.
    После разгрома деникинцев и остатков колчаков­цев страна получила передышку. Необходимо было ее использовать для восстановления разрушенного интервентами и белогвардейцами народного хозяй­ства. Особенно сильно пострадал Донбасс. Большин­ство его шахт было разрушено и затоплено. Без­действовали все металлургические заводы. Ни одна из 65 доменных печей Юга не работала. «Ни о каком восстановлении крупной промышлен­ности в России,— говорил В. И. Ленин,— ни о каком настоящем строительстве социализма не может быть и речи… если мы не восстановим, не поставим на должную высоту Донбасс». ‘ Для восстановления промышленности Донбасса в феврале 1920 года была создана трудовая армия.
    Мариуполю тоже был нанесен колоссальный ущерб. Прямые убытки на «Никополе» — 6 131 763 рубля золотом. Разрушены порт, железно­дорожный узел. На заводах не было инженерно-тех­нических кадров и совсем мало осталось квалифици­рованных рабочих. Отсутствовало топливо. Обста­новка в городе, как и во всей стране, была исклю­чительно тяжелой: везде царила разруха, свирепст­вовали тиф, голод. На одного человека отпускалось всего по полфунта хлеба, да и то не всегда. Весь 1920 год город находился в прифронтовой полосе: в уезде мародерствовали банды, несколько раз совер­шавшие набеги и на город.
    В заводском районе был создан партком, парт­ячейки — в городе и порту. Позже большевики горо­да и уезда избрали уездный комитет партии (уком). Избран был также уездный Совет рабочих и кресть­янских депутатов. 6 января 1920 года по инициативе ревкома в театре состоялся молодежный митинг. После митинга более 40 человек вступило в Ком­мунистический Союз Молодежи. Среди них были Владимир Остроушко, Семен Рожанский, Иван Бондаренко, Георгий Левицкий, Софья Понятовская
    1 Л е н и и В. И. Поли. собр. соч., т. 45, с. 105.
    и другие. 9 января 1920 года возобновляется изда­ние городской газеты «Известия».
    Трудящиеся города проявили образцы героизма. По почину московских железнодорожников передо­вые рабочие выходили на коммунистические суббот­ники, расчищали заводские территории, восстанав­ливали оборудование, выгружали топливо и различ­ные материалы. Один из таких субботников состоял­ся 24 июля в порту. Вместе с портовиками дружно работали тогда и моряки. Активное участие в суббот­никах принимали молодежь, жены рабочих и слу­жащих.
    С 25 апреля по всей стране проводилась трудовая неделя. В организации субботников и трудовой неде­ли, проводившихся в городе накануне 1 мая 1920 го­да, была большая заслуга брата Владимира Ильича — Дмитрия Ильича Ульянова, который входил тогда во Временное бюро Крымского обкома партии (Крым был занят белыми). Во второй половине апреля Д. И. Ульянов приехал в Мариуполь и провел сове­щание местных партийных и советских работников по вопросу организации безотлагательной помощи Красной Армии и про’ведения трудовой недели. В письме из Мариуполя Анне Ильиничне Д. И. Улья­нов сообщал, что постоянным его местожительством является город Александровен, а в Мариуполе он находится временно, куда приехал на несколько дней, «чтобы здесь посоветоваться и провести тру­довую неделю».
    Основные усилия партийной организации города были направлены на быстрейшее возрождение ме­таллургических заводов. Национализированные в конце 1919 года, они были переданы бюро по восста­новлению промышленности на Украине (Промбюро Украины) и в марте 1920 года вместе с другими за­водами объединились в Центральное управление тяжелой индустрии (ЦПТИ). В целях концентрации производства некоторые заводы сливались. Были объединены «Никополь» и «Русский Провиданс» и стали именоваться Мариупольскими объединенными металлургическими государственными заводами.
    Среди заводов Юга были выделены пять, в том числе и мариупольские, которые намечалось пустить в первую очередь. Восстановление производства ве­лось в основном на бывшем заводе «Никополь», где оборудование было менее изношенное.
    В феврале на заводах уже работало 1305 человек. В марте дала ток электростанция, в апреле ожил листопрокатный цех. 23 апреля началась прокатка толстого листа, а в начале мая — тонкого. В то же время задули восьмую мартеновскую печь, а 5 июня пустили трубный и литейный цехи. 8 июля 1920 года городская газета «Известия» писала: «Мариуполь­ские рабочие совершили чудо — государственные ме­таллургические заводы пробудились от долгой спячки».
    Однако вскоре Мариуполь снова оказался в при­фронтовой полосе. В июне барон Врангель, щедро снабженный и вооруженный английскими и француз­скими империалистами, выполз из Крыма и двинул­ся на север, угрожая Донбассу. Не получая топлива, заводы работали с большими перебоями. 4 июля была остановлена мартеновская печь. 18 августа останавливаются листопрокатный и трубный цехи. Продолжались лишь отделка труб, литье и производ­ство сельскохозяйственных орудий труда. Прекрати­лись восстановительные работы на железнодорожном узле.
    6 июля Мариупольский уком партии объявил мобилизацию коммунистов и комсомольцев на поль­ский фронт, а 4 августа — на врангелевский. Из коммунистов и комсомольцев были созданы части особого назначения (ЧОН), которые вступили в бес­пощадную борьбу со свирепствовавшими в округе бандами.
    Врангелевцы хозяйничали на Черном и Азовском морях. Нужно было организовать охрану побережья, противопоставить им свои морские силы. Эту задачу поставил перед Реввоенсоветом Юго-Западного фрон­та В. И. Ленин. Командующим морскими и реч­ными силами фронта был назначен военный моряк Н. Ф. Измайлов. Создание Красной Азовской флоти­лии Н. Ф. Измайлов поручил своему соратнику по боевым делам на Балтике, бывшему командиру тральщика «Орел» С. Е. Маркелову.
    Вместе с небольшой группой военных моряков 11 марта С. Е. Маркелов приезжает в Мариуполь. Формирование флотилии было трудным делом. «Сразу же по приезде в Мариуполь,— писал в своих воспоминаниях С. Е. Маркелов,— 11 марта мы без промедления начали знакомиться с положением дел. Очень скоро выяснилось, что оно незавидное. Выбитые из Мариуполя белогвардейцы успели увес­ти все способное держаться на плаву». Не хватало военных моряков. Они сражались на фронтах граж­данской войны в составе сухопутных войск. Прика­зом Реввоенсовета Юго-Западного фронта от 7 марта в распоряжение флотского экипажа в Мариуполь были откомандированы все моряки с соседнего фрон­та. С помощью рабочих заводов создавались берего­вые укрепления, ремонтировались и вооружались суда.
    В мариупольском порту моряки нашли поднятый портовиками с морского дна буксирный катер «Наль­чик», грязеотвозные шаланды № 4 и № 5 и ледокол «Четверка», который находился в плачевном состоя­нии: корпус его имел одну подводную и четыре над­водных пробоины, машина его была разобрана. Пер­вым отремонтировали катер и дали ему имя «Рес­публиканец». Месяц и четыре дня механики, котель­щики трудились над восстановлением «Четверки». На ледоколе установили два 130-миллиметровых мор­ских орудия, и он превратился в боевой корабль. На его борту красовалось новое имя — «Знамя социа­лизма». Бывший ледокол стал флагманом Азовской флотилии.
    Приказом Реввоенсовета республики Азовская флотилия, приданная Южному фронту, и Азово-Дон-ская, находившаяся в распоряжении Кавказского фронта, были объединены в Красную Азовскую фло­тилию.
    В мае из Петрограда поступили шестидюймовые орудия, артиллерийские прицелы и замки, штурман­ское и гидрографическое оборудование. После пере­вооружения судов флотилия стала более бое­способной. В ее состав входили три дивизиона канонерских лодок, дивизион плавучих батарей, дивизион сторожевых кораблей, два дивизиона тральщиков. В середине лета 1920 года она попол­нилась дивизионом истребителей, переброшенных по железной дороге с Волги и Каспия. Имея 50 бое­вых единиц, Азовская флотилия уже представляла грозную силу.
    Первым боевое крещение получил сторожевой катер «Данай». 15 апреля он вышел в разведку. За Бердянском, у села Кирилловки, его экипаж обна­ружил десантные баржи, с которых высаживался десант генерала Слащева. Под прикрытием мыса «Данай» подошел к врагу и ударил с тыла, откуда слащевцы меньше всего ожидали опасности. Это внес­ло в их ряды панику. Разгром слащевцев довершили красноармейцы 13-й армии. Чтобы отбить у вранге­левцев охоту обстреливать Бердянск, 13 июня туда вышла канонерская лодка «Свобода» с плавбатареей «Мирабо» на буксире. 15 июня они встретили 3 во­енных корабля противника и заставили их отсту­пить. 16 июня на Бердянском рейде появились во­семь кораблей врага. Разгорелся жаркий бой, в ко­тором победили азовцы.
    Азовская флотилия вела боевые действия не толь­ко у северного побережья. Отряд сторожевых кате­ров заминировал Керченский пролив. На минных заграждениях подорвались и получили сильные по­вреждения 10 судов противника.
    Врангелевцы решили высадить казачий десант полковника Назарова на Кривой косе и ударить по Мариуполю с тыла. В ночь с 8 на 9 июля неприя­тельский флот, ведя за собой транспорты с казаками, вышел к косе. Штаб флотилии послал туда свои ко­рабли. Бой проходил на дальних дистанциях. Наши моряки оттеснили вражеские суда.
    14 августа в районе станицы Приморско-Ахтар-ской был высажен восьмитысячный десант генерала Улагая. Азовская флотилия получила приказ отре­зать белых от моря. 23 августа у Ясенецкой пере­правы был высажен десант Азовской морской диви­зии, а 24 августа флотилия нанесла поражение вран-гелевскому флоту на траверзе Приморско-Ахтарской. 30 августа десант Улагая был уничтожен.
    Крупнейшим сражением флотилии с врангелев-ским флотом был бой у Обиточной косы. И Красная Азовская флотилия выиграла его.
    Боевые подвиги моряков-азовцев в боях за со­циалистическое Отечество получили высокую оцен­ку. Орденом Красного Знамени были награждены командиры катеров-истребителей Н. А. Крат, Н. И. Сидляр, В. С. Ершов, И. Л. Кравец, Н. Я. Ре-шетов, механики кораблей А. И. Лысый, А. Ф. Яко-венко, А. Е. Дацишин, В. И. Жилин и Я. Н. Гур-ский.
    Память о легендарных делах моряков-азовцев свято хранят ждановцы. Над портом, где в 1920 году (и в 1941 году тоже) стояла батарея, прикрывав­шая подступы к Мариуполю с моря, возвышается двадцатиметровый обелиск с барельефами, отражаю­щими этапы боевой жизни флотилии.
    В начале сентября в районе Большого Токмака врангелевцам удалось прорвать фронт наших войск, и они двинулись к Донбассу. Предприятия Мари­уполя начали готовиться к эвакуации. Все паровозы и вагоны, весь ценный инструмент, приборы и ма­териалы утром 26 сентября были отправлены на станцию Юзовка.
    Вечером в тот же день белые захватили станцию Волноваха. 27 сентября телеграфные аппараты, изме­рительные приборы, пишущие машинки, оборудо­вание типографии были отправлены грузовым транс­портом в Таганрог. Эвакуировались и все учрежде­ния. Утром 28 сентября в Мариуполь ворвались врангелевцы.
    В. И. Ленин в речи на съезде рабочих и служа­щих кожевенного производства 2 октября говорил о создавшемся снова трудном положении в связи со взятием Врангелем Мариуполя и угрозой Донбассу. ЦК партии и Советское правительство призвали на­род напрячь все силы для победы над Врангелем. В обращении «К незаможным селянам Украины» В. И. Ленин писал: «Товарищи! Пусть же все и каждый встанет грудью на защиту против Вран­геля!» ‘
    На призыв вождя горячо откликнулись трудящие­ся Украины. Тысячи рабочих и крестьян вливались добровольцами в Красную Армию. Усилиями партии
    1 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 41, с. 334.
    и народа к началу октября был достигнут значи­тельный перевес над Врангелем. Красная Армия перешла в решительное наступление. 4 октября врангелевцы бежали из Мариуполя, а в ноябре 1920 года они были окончательно разгромлены и сброшены в Черное море.

  12. Газетная статья. «Новая нива» («Путь Октября») июнь 2014
    *************
    Было бы хорошо связаться с автором статьи и договориться о публикации полного текста воспоминаний. Здесь же автор предлагает отрывки+собственный пересказ.
    *************
    В горниле революции
    В посёлке Андреевка проживает девяностолетняя Надежда Трофимовна Стародубова. Если бы кто-то взялся написать историю кооперации в нашем районе, то без её консультации не обошлись бы. Как сказала давняя подруга ветерана труда С. Н. Пурик, также потрудившаяся на ниве торговли около сорока лет, «Трофимовна была прирождённый продавец». Ни домашние невзгоды, ни грубость начальства не выбивали её из колеи хорошего настроения. «Каждого покупателя, — сказала Светлана Николаевна, — она встречала, как родного человека».
    Возможно поэтому, оставшись практически без родственников, бабушка Надя никогда не испытывает одиночества. К ней на огонёк часто заходят соседи, коллеги по бывшей работе. В её домике встречаются праздники, обсуждаются поселковые новости. Как говорит сама Надежда Трофимовна, люди не дают ей стареть.
    А напомнили мы об этом славном долгожителе Андреевки вот в связи с чем. Она прислала в редакцию автобиографический очерк своего отца Афанасьева Трофима Ивановича, участника революционных событий начала прошлого века. К сожалению большую часть записок придётся дать в изложении, так как автор слишком детализировал некоторые события.

    Истории строки.
    «Я – сын ремесленника, родился в 1897 году. Отец сапожничал. Кроме меня, в семье было ещё десять душ детей. К девяти годам я окончил два класса министерской четырёхлетней школы и поступил к кузнецу-ремесленнику на обучение. До 15 мая 1916 года работал по специальности, а потом призван в царскую армию. Через два месяца оказался на фронте».
    В дальнейшем жизнь Трофима Афанасьева замелькала, как в калейдоскопе. В конце ноября 2016 года он был ранен. После излечения оказался в своём запасном полку, который базировался в Петрограде. Находился в части до начала февральской революции 1917 года.
    «Нам поручили охранять Государственный Банк, — повествует участник событий. – Не помню, какого именно числа, наших часовых сняли революционные войска и заменили своими постами. Нам же предложили влиться в свой состав. Повели в бой к Измайловским казармам. Была жестокая битва, казармы мы взяли. Дальше двинулись на Балтийскую сторону. Войско повели на Зимний дворец. К утру он был взят. Бой, должен сказать, был жестоким. Сейчас понимаю,что я помог Временному правительству укрепиться у власти».
    Как известно из истории, Временное правительство не было сторонником прекращения войны, одной из сторон которой была Россия. Поэтому распоряжением Керенского войска были отправлены на фронт, линия которого находилась под Ригой. Вместе со всеми Трофим Иванович оказался в окопах. В ноябре 1917-го, когда начался «Октябрьский переворот», по приказу главнокомандующего Корнилова части сняли с фронта и направили на защиту Петрограда от большевиков.
    «Мы не знали, куда нас везут, — продолжаются воспоминания. – Но нашлись бойцы, которые разведали: путь лежит в столицу. Не дойдя две-три станции до Петрограда эшелон остановился, нас выгрузили. Вот здесь офицеры сообщили о необходимости подавления большевицкого бунта. Расположились на отдых перед наступлением. И вдруг в среде солдат появились агитаторы. Им легко удалось убедить военных, которые по происхождению были в основном из крестьян и ремесленников, перейти на сторону красноармейцев, что мы и сделали. Тогда на нас направили Дикую дивизию. Но мы и её разбили, и пошли воевать с частями Временного правительства. Нашим лозунгом были слова «Вся власть советам».
    В конце апреля 1918 года Трофим, из-за осложнений после ранения («по слабости здоровья»), был отпущен домой в Старую Карань. Устроился на работу по своей бывшей специальности кузнецом. Но в ноябре кулаки повсеместно подняли бунт. «В селе Кузнецово-Михайловка, — пишет Трофим Иванович, — жили мои родственники. Я как раз был там. Услышал, что бывший царский стражник подбивает людей уничтожить коммунаров. Мы собрали своих приверженцев, но долго перед силой не устояли. Ушли в Греково-Александровку, подняли бедноту. Но и там нас разбили наголову. Оставшиеся развеялись, а я с небольшой группой оказался в Старой Карани, где, как говорится, родился и крестился. Услышали, что в село Староигнатьевка пришел отряд красных под командованием М. Г. Давыдова. Ночью мы прибыли в Игнатьевку, в штаб отряда. Ополченцев было мало, да и вооружения немного. Давыдов посоветовал уйти обратно в Карань и ждать его отряд. Что мы и сделали. Влились в группу человек тридцать, через два дня. Началась борьба с кулацкими бунтами. Затем отряд был зачислен в регулярную армию, и только в 1920 году я был демобилизован».
    Сначала Трофим работал единолично, благо кузнец всегда был затребован в селе. В ноябре 1929 года организовался колхоз, пригласили туда и Т. И. Афанасьева. Такой специалист должен был работать на многие хозяйства, поэтому его перевели в Старокаранскую МТС. В 1936 году здоровье вновь подкачало и тогда попросился умелец в колхоз имени Ворошилова (с. Староигнатьевка). В нём он трудился до самой оккупации нашего района фашистами. Немцы не спрашивали, болен или здоров – всех направляли на рытьё окопов под Павлоград. Трофим Иванович оказался среди подневольных рабочих.
    Эти записки подкупают своей искренностью и простотой оценки тех событий…

    Н. КАЗАКОВ
    Газета «Новая нива» («Путь Октября»)

    Фото из семейного альбома Афанасьевых

  13. Возвращаясь к статье «Мариуполь в Гражданской войне». Сейчас популярно зачислять в махновцы всех, кто служил рядом с Махно, когда тот воевал в составе Первой Заднепровской дивизии под командованием П. Дыбенко. В махновцы же зачисляют теперь и Апатова. Статья помагает найти ответ, с кем был Апатов. Думаю, ещё статьей можно попытаться напомнить мариупольцам историю города, что важно, особенно, в связи с недавними актами вандализма.

Оставить комментарий