ПАРУСНИК «ТОВАРИЩ» И МАРИНЕСКО

Среда, Февраль 2nd, 2011

В повести «Капитан дальнего плавания», в этой лебединой песне Александра Крона (1909-1983), автора известных пьес и романов «Офицер флота», «Дом и корабль», «Бессонница», Мариуполь, упоминается в одном абзаце. Вот он: «В июле Татьяна Михайловна с дочерью Валентиной и двумя ее детьми была эвакуирована в Мариуполь. Но вскоре Мариуполь оказался под ударом, и семья… совершила пеший двухсоткилометровый переход до Мелитополя. Мать и дочь по очереди толкали тачку со скарбом, внучки всю дорогу шли пешком. У старшей девочки на ногах вздулись кровавые волдыри, и Валентина Ивановна решилась самолично сделать операцию: выстирала тряпочки, прокалила на огне острый ножик…».


О том, что летом 1941 года Мариуполь был наводнен беженцами из западных областей, особенно из осажденной Одессы, в нашей художественной литературе немало свидетельств. Об этом писали в своих романах Константин Паустовский («Дым отечества»), Олесь Гончар («Человек и оружие»), а также в одном автобиографическом рассказе получивший ныне широкую известность Аркадий Львов.

Думаю, что интерес читателя к приведенным строкам Александра Крона возрастет, если я уточню: фамилия Татьяны Михайловны, упомянутой в цитате, — Маринеско. Да-да, это родная мать прославленного героя-подводника, а Валентина Ивановна — его родная сестра со своими малолетними детьми, племянниками Александра Ивановича Маринеско.

Тут, правда, не вполне понятно, почему семья Маринеско после того, как «Мариуполь оказался под ударом», не продолжала эвакуироваться на восток, а повернула назад, к Мелитополю. Видимо, Татьяна Михайловна жила в Мариуполе с дочерью и внучками до октября, а потом, когда город захватили гитлеровцы и фронт ушел к Таганрогу и Ростову, решили вернуться в родную Одессу. Тогда они и совершили многокилометровый пеший переход на запад от Мариуполя, но суть не в этом.

«Капитан дальнего плавания» Александра Крона — это повествование о героической жизни и мученической смерти одного из самых ярких героев Великой Отечественной войны Александра Маринеско — автора «атаки века», в результате которой был торпедирован гитлеровский лайнер фашистского флота «Вильгельм Густлов». Когда после войны подсчитали с учетом зарубежных источников результаты боевых действий советских подводников, то выяснилось, что первое место по потопленному тоннажу принадлежит знаменитой «С-13». Однако ее отважный командир не был в свое время увенчан Золотой Звездой. Более того, обстоятельства жизни довели его «и до тюрьмы, и до сумы». И лишь в 1990 году «подводнику N 1» посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза.

Читатель, вероятно, будет немало удивлен, если скажу, что в нашем городе установлен памятник асу торпедных атак. Правда, надо уточнить, что памятник установлен не персонально Александру Маринеско, а И Александру Маринеско.

Если будете в порту, непременно разыщите, советую, в скромном скверике огромный адмиралтейский якорь, лежащий на невысоком постаменте, очерченном строчками цветов. Это якорь с учебного парусного барка «Товарищ», захваченного гитлеровцами в Мариупольском порту в сорок первом и потопленного ими же при отступлении в сорок третьем.

«Слово «легендарный» применительно к «Товарищу», — пишет Александр Крон в «Капитане дальнего плавания», — не расхожий эпитет, которым мы иногда без разбору награждаем многие знаменитые имена. Всякий, кто видел «Товарища» хотя бы на картинке, не может не ощутить, что этот красавец-корабль с его высокими мачтами, несущими на себе наполненные соленым ветром паруса, кажется пришельцем из мира легенд, из прошлых веков…».

Мне не хочется портить беглым пересказом свой материал (рубрику «Рассказ краеведа» я придумал и ввел в обиход позднее) «Судьба «Товарища», опубликованный в «Приазовском рабочем» (а затем и в «Соц. Донбассе») в 1965 году.

Обратимся к тем подробностям истории легендарного парусника, которых нет ни у Константина Паустовского, писавшего о «Товарище», ни в книгах Д.А.Лухманова «Соленый ветер» и «20000 миль под парусами». Они есть в повести Александра Крона «Капитан дальнего плавания».

Одессит Саша Маринеско не помышлял о военном флоте. Он мечтал стать торговым моряком, капитаном дальнего плавания. И поступил в Одесское мореходное училище, которое подготовило не одно поколение командного состава нашего флота. Все они прошли через школу знаменитого «Товарища», потому что после первого года учебы курсанты проходили пятимесячную практику на этом паруснике.

О «Товарище», который волею судьбы стал частью истории Мариуполя, Александру Крону рассказал сам Маринеско, а позднее — его сверстники Сергей Миронович Шапошников и ставшие впоследствии военными моряками Федор Федорович Гусаров и Герой Советского Союза Григорий Иванович Щедрин. И в своей повести писатель посвятил «Товарищу» несколько блестящих страниц. К сожалению, нет возможности процитировать их здесь или даже просто пересказать. Но хоть какие-то факты привести надо.

На учебном судне третьим помощником капитана служил Андрей Густавович Габестро — отличный моряк-парусник. Он руководил парусными работами, во время которых можно было на деле узнать кто есть кто. На палубе царил боцман Адамыч (Хмелевский). «Об этой колоритнейшей фигуре нашего гражданского флота, — рассказывает Герой Советского Союза Г.И. Щедрин, — хранят благодарную память несколько поколений моряков, прошедших морскую выучку у этого грозного на вид, но добрейшего человека».

«Еще более знаменитым, чем Адамыч, — читаем мы в повести А.Крона, — был капитан «Товарища» Фрейман. Его знали, кажется, на всех флотах, военных и торговых, а в Одессе — любой мальчишка. Имена капитанов Фреймана и Лухманова — в то время уже инспектора наркомата — назывались всегда, когда речь шла о том, что такое «настоящий морской волк». Это были носители, хранители и ревнители морских традиций, заслужить их похвалы было трудно. Команде шестивесельной гички, где старшиной был Гусаров, а Маринеско загребным, однажды удалось получить лестную оценку от обоих сразу. «Товарищ» стоял на феодосийском рейде. Лухманов прибыл в порт для инспектирования. Старый морской волк, тронутый, что его доставили по-морскому: не в моторном катере, а на весельной гичке, оценивший лихость и образцовую выучку гребцов, выходя из гички, благодарил всю команду. Был доволен и Фрейман: ведь шлюпка — это визитная карточка корабля».

В недавние годы Мариупольское общество охраны памятников истории и культуры, членом президиума правления которого многие годы был автор этих строк, никак не могла зарегистрировать адмиралтейский якорь «Товарища» как памятник. Почему — этого я до сих пор понять не могу: ведь скромный памятник в портовском сквере — самый, на мой взгляд, замечательный из всех, какие есть в городе. Это памятник и прославленным капитанам Лухманову и Фрейману, Героям Советского Союза Александру Маринеско и Григорию Щедрину и многим другим славным морякам — как военным, так и торговым.

А повесть Александра Крона «Капитан дальнего плавания» — произведение, являющееся частицей литературной биографии Мариуполя.

Лев ЯРУЦКИЙ

«Мариупольская мозаика».

Добавить запись в закладки:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Facebook
  • Мой Мир
  • Twitter
  • LiveJournal
  • В закладки Google
  • Яндекс.Закладки
  • del.icio.us
  • Digg
  • БобрДобр
  • MisterWong.RU
  • Memori.ru
  • МоёМесто.ru
  • Сто закладок
  • email

4 Responses to “ПАРУСНИК «ТОВАРИЩ» И МАРИНЕСКО”

  1. Admin: подпись!!!!

  2. Ayvengo, как всегда, спасибо!
    вот что значит работать по ночам…(((((

  3. Может Вы знаете как спасти якорь с ТОВАРИЩА?

  4. Не верьте небылицам что Товарищ потопили немцы при отступлении.Наглая ложь.Барк тупо разбомбила советская авиация перед взятием Мариуполя в 1943 году.

Оставить комментарий