Витрины

Среда, Июнь 1st, 2011

Прошло чуть больше пяти лет после кровавой и разруши­тельной войны с фашистской Германией, прошедшей огненным смерчем и по Мариуполю,  и многое в нашем городе изменилось к лучшему. Все меньше на улицах остава­лось погорелок. Частные дома восстанавливали их владель­цы, остовы жилых строений, некогда принадлежавших го­родскому коммунальному хозяйству, а также оказавшихся бесхозными, передавали промышленным предприятиям и строительным организациям, а те, в свою очередь, распре­деляли своим работникам, выдавали ссуды, по возможнос­ти снабжали строительными материалами. Ну, а уж превра­щать прокопченные стены в более или менее пригодные для обитания жилища приходилось их будущим обитателям.

Многоэтажные дома поднимали из руин крупные заво­ды: имени Ильича, «Азовсталь», коксохимический; своими силами или с привлечением строительных трестов, здесь, конечно, в первую голову следует упомянуть коллектив треста «Азовстальстрой» и его руководителя Александра Павловича Поборчего, на наш взгляд незаслуженно забытого. А ведь именно на его плечи легла, казалась бы неподъемная задача -  восстановить «Азовсталь» руками полуголодных, плохо одетых и обутых строителей, значительную часть которых составляли молодые люди из сел и деревень, избежавшие по возрасту призыва в армию и угона в Германию в рабство. Постепенно начали возводиться и новые дома на месте тех строений, восстанавливать которые считали невозможным.

В числе первых восстановленных крупных зданий в цен­тре Мариуполя был дом на углу проспекта Республики и Советской улицы (ныне Харлампиевской). Он стоит через дорогу от бывшей гостиницы «Континенталь», и теперь тоже бывшего Дворца культуры комбината «Азовсталь». Впрочем, зачем столь пространные объяснения? Ведь у этого здания есть конкретный адрес – пр. Ленина, 22\15. Первый этаж этого дома был отведен для парикмахер­ской, хлебного магазина и магазина тканей, а также гаст­ронома. Вход в это торговое заведение находился со сто­роны улицы Советской. Еще сравнительно недавно в этом помещении торговали съестными продуктами и горячительными напитками, продолжая под новой вывеской традиции гастронома. Сейчас в нем разместилось отделение одного из многочисленных банков. В пору открытия гастронома его торговый зал казался огромным. Но не это преимуще­ство было главным. Более всего поражали витрины. В од­ной из них висел макет плоской банки с черной икрой, раз­меры этой банки были величиной с тазик приличных разме­ров, а под этим деликатесом были разложены вполне на­турально изготовленные из папье-маше или гипса муляжи окороков, головок сыра и другой аппетитной снеди.

В другой витрине укрепили макет огромной коробки папирос «Казбек». Пожилые люди, наверное, по­мнят рисунок на этой коробке: черный силуэт всадника на фоне голубых кавказских гор с вершинами, покрытыми сне­гом. Чуть впереди стоял манекен ростом с пятилетнего ре­бенка. Манекен был одет в самый настоящий, только ма­ленького размера, однобортный мужской костюм, сшитый из серого в полоску трико. Голова манекена изображала приятной наружности молодого человека, очень похожего на исполнителя ролей соблазнителей в средней руки аме­риканских фильмах: набриолиненные иссиня-черные воло­сы с идеальным косым пробором, тщательно подстрижен­ные бакенбарды, тонкая полоска усов над верхней губой. Но не «красота» этого искусственного человечка привле­кала внимание зевак. Главное было то, что человечек вре­мя от времени поворачивался на небольшой угол и движе­нием паралитика подносил папиросу, зажатую между ука­зательным и средним пальцами правой руки, к губам. В этот самый момент на конце папиросы загорался красный ого­нек. Подержав таким образом некоторое время папиросу, «курильщик» судорожно опускал руку и поворачивался в прежнее положение. Все это действо приводило в неопи­суемый восторг юных граждан тогдашнего Мариуполя, не оставляя, конечно, равнодушными людей более зрелого возраста.

Раз уж разговор пошел о витринах, нельзя не вспомнить те, что находились по обе стороны от двери, над которой красовалась вывеска со странной для людей, не знавших украинский язык, надписью: «Держфото». Читатели-старо­жилы наверняка уже догадались, что речь идет здесь о фо­тоателье на проспекте Ленина, 24, соседствующем с централь­ной сберкассой. В витринах постоянно были выставлены три-четыре великолепно выполненных крупноформатных фотопортрета. На них были изображены то кто-нибудь из очаровательных мариупольских девушек, то фактурный старик с окладистой бородой, то моряк в фуражке с «кра­бом», а то и улыбающееся личико ребенка. Внизу под стек­лом находилось множество фотографий открыточного фор­мата с лицами наших сограждан. Экспозиция витрины до­вольно часто менялась.

Все это были работы высококлассных художников-фото­графов Федора Петровича Науменко и Льва Исааковича Сосны. Трудно себе представить более разных людей, чем они. Разная внешность, разные темпераменты, разные био­графии и происхождение. Но было нечто, что их объединя­ло: безукоризненное владение своей профессией, необык­новенное трудолюбие и хороший вкус… Коль скоро речь зашла об этих мариупольских фотохудожниках, приведем цитату из иллюстрированного каталога «Мариуполь на видовых открытках» известного коллекционера Л.П.Морозова: «В начале 50-х годов киевский трест Укрфото выпустил нумерованную серию свыше десяти черно-белых открыток. Фотографии сюжетов сделаны Ф.Науменко и Л.Сосной».

У входа в кинотеатр «Победа» было окно, в котором до­сужие прохожие и те, кто заранее пришли на сеанс, могли удовлетворить свое любопытство. Там выставлялись портреты кинозвезд того времени, цветные рекламные киноплакаты или коллажи, отпечатанные на глянцевой фотобумаге, на темы анонсируемых художе­ственных фильмов. Эти коллажи были составлены, как правило, из портрета главного героя фильма и нескольких кадров из той же кинокартины. В период предвыборных кампаний в эту своеобразную витрину помещали отпечатанные в два цвета на небольших листах бумаги биографии кандидатов в депутаты.

Были еще и газетные витрины, исчезнувшие в последнее десятилетие. Они представляли собой плоский застеклен­ный ящик, укрепленный на двух стойках. В них вывешива­лись центральные, республиканские и областные газеты. Такая витрина была установлена и рядом с редакцией «При­азовского рабочего». Естественно, что в ней находился све­жий номер главного городского периодического издания. Его вывешивали сразу после выхода из типографской ма­шины. Так что все желающие могли ознакомиться с ново­стями, можно сказать, с рассветом.

Как-то не припоминается, чтобы в наши дни кто-нибудь надолго останавливался у витрин. А вот во времена, опи­сываемые в этой заметке, около них то и дело топтались девчонки и мальчишки, рассматривая и невиданных раз­меров папиросные коробки, и человечка-курильщика, и му­ляжи ветчины, кусков вареной колбасы с вкраплениями сала, головок голландского сыра (самое интересное, что эти продукты мало кто из них пробо­вал), и миловидные лица мариупольских красавиц на коричневатых фотографиях, и, особенно, кадры из кинофильмов: тех, что уже видели, и тех, что предстояло еще им увидеть.

Тогда ведь не было телевизоров, а тем более захватыва­ющих компьютерных игр, которые сейчас умудряются «впихнуть» даже в мобильные телефоны. Молодости же свойственны лю­бопытство, стремление все к новым и новым зрительным впечатлени­ям. Это стремление ребятня послевоенных лет удовлетворяла у витрин или в кино. Но за кино надо было платить, а витрины были удовольствием абсолютно бесплатным.

Сергей БУРОВ

Добавить запись в закладки:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Facebook
  • Мой Мир
  • Twitter
  • LiveJournal
  • В закладки Google
  • Яндекс.Закладки
  • del.icio.us
  • Digg
  • БобрДобр
  • MisterWong.RU
  • Memori.ru
  • МоёМесто.ru
  • Сто закладок
  • email

Оставить комментарий