СЕКРЕТЫ СТАРОГО ГОРОДА — 2

Понедельник, Июнь 11th, 2012

(продолжение)

Мариуполь – город модерновый. А это значит, что найти здесь можно если не все архитектурные стили, то много. Потому что модерн – неуловимый. Он собрал в себе все элементы других канонов, помножил на собственные убеждения, и таким конгломератом всего нажитого запечатлелся в домах, стоящих с конца XIX в. века поныне.

Сказать, что дом «выдержан в стиле «модерн» — означает не сказать ничего. Это всё равно, что на вопрос «а какая она – Земля?» — ответить «круглая». Это направление каменной мысли обладает широчайшим спектром внешностей и внутренностей. Формы такого дома могут быть гибкими, округлыми, а могут быть твёрдыми, квадратными. Соответственно и впечатления варьируются от чего-то тонкого, поэтичного до сурового и твёрдого. А иногда и вычурного.

Во всём этом мариупольском модерновом море встречаются островки сталинского ампира с переменной величавостью вида и сути. Например, здание Жовтневой райадминистрации (Митрополитская, 39) расположено в монументальном сером кубе с огромными мощными пилястрами, высокими окнами. Если дома этого стиля по улице Артёма можно сравнить с вечными богатыми щёголями, то этот куб похож на серого графа (Earl Grey), прошедшего школу жизни, но не утратившего аристократического достоинства.

Его сестра – «средняя школа №2», расположенная по улице Пушкина. О том, что это именно средняя школа №2 свидетельствуют рельефные буквы на архитраве (элемент верхней части здания, на который опирается конструкция кровли). Сегодня это «Городской воспитательный комплекс. Технический лицей – общеобразовательная школа I – III ступеней». Здание возвышается над тобой, олицетворяя мощь и крепость былой системы образования (чего, к сожалению, не скажешь о нынешней). За счёт высокого цоколя и косогора, на котором школа расположена, громада 4 этажей с примерно 3-метровыми (а то и больше) потолками становится ещё более внушающей. Красивые пилястры над главным входом величественно поддерживают красивый герб образования, ставший в наше время «классикой» — книга, а вокруг перья, кисти, лавровый венец. Этот герб (как и прочая лепнина) уже сильно пострадал от лет, но упрямо остаётся на своём месте, ожидая то ли строителей, что собьют его по ненадобности во время ремонта, то ли нового поворота эпохи, который вернёт образованию былую силу и былую славу. В любом случае, это означает, что камень ждёт человека. Ведь только люди меняют эпоху. И героями не рождаются, героями становятся.

Но это отступление.

В предыдущем материале были слова насчёт того, что стили архитектуры и любого другого искусства отражают дух времени. Смысл ампира в том и есть – в выражении имперской мощи строя и всего, что с ним связано. Это запечатлевается в размерах зданий и их монументальной фактуре. Декор всегда помпезный, насыщенный, плюс напрямую связанный с символикой империи – гербами, знаками изобилия и аристократизма. Советская система опиралась не только на авторитет вождей, но и на авторитет идеологии. Поэтому в оформлении звёзды, серпы-и-молоты сочетались с колосьями, яблоками в роскошных вазонах, лентами, виноградными листьями и гроздьями, лавровыми венцами. Но это касается в основном жилых и «присутственных» зданий. Обычные школы более сдержанны в оформлении, не теряя при этом вида монументальности и крепости. Как показали испытания временем, камень оказался прочнее людских убеждений.

Но вернемся к неуловимому модерну. На улицах Старого города множество примеров этого течения архитектурной мысли. Обидно, что некоторые из них пустуют и не ухожены. Начать можно с удивительного дома архитектора Нильсена, стоящего по адресу Семенишина, 49. Разбитая лампа над входом и видные сквозь окно облупленные стены комнаты свидетельствуют о том, что если у дома и есть хозяин, то в благополучии строения он не заинтересован. А зря. Аттик с лепниной, высокая изящная крыша, маскароны, карнизы – всё сохранилось достаточно хорошо, и было бы прекрасно заполнить дом содержанием, соответствующим его внешности. Для города везение, что такой архитектурный экземпляр здравствует до сих пор. Высокопоставленным лицам стоило бы задуматься о табличках «памятник архитектуры», которыми в обилии обзавелись ведущие города Украины. Это было бы приятным дополнением к ремонту фасадов.

Также пустует здание №82 по улице Пушкина (на углу с ул. Энгельса). Судя по размытому листку на доске объявлений, когда-то в нём располагался радиоузел, впоследствии перенесенный, а теперь модерновое строение уже наверняка стало приютом бесприютных, беспризорных, нон-конформных и прочих замечательных людей. Об этом говорят выломанные окна подвала, «граффити» и ароматы, соперничающие с Францией.

Но и другие интересности есть у домов.

У дома №47, соседнего с домом Нильсена, есть красивый металлический навес, украшенный коваными решётками, протянувшийся от крыльца до проезжей части. На двери помимо почтового ящика есть номер «13».

В 36-м доме жил детский врач Иван Илларионович Саенко, о чём свидетельствует мемориальная плита. Рядом с этим стоит «дом-близнец». Из книги «Мариуполь. Былое» узнаём, что построены оба домика неким архитектором-самоучкой Иваном Ферапонтовым. С точки зрения внешности – очень даже недурственно построены. И нарядно, и аккуратно, размеренно. Осмелюсь предположить, что такое здание было достойным жилищем достойного человека, сделавшего своим трудом заботу о здоровье и спасение жизни детей.

Остальные дома по Семенишина мало отличаются друг от друга. Большинство их оформлено в традициях модерна, имеет крылечки, выходящие прямо на тротуар. Это что касается старых домов.

Другие замечательные лица и фигуры демонстрируют жилые строения по улице Пушкина.  Это всё тот же модерн, остановиться стоит на описании отдельных его элементов, которые и придают фасаду индивидуальность. Дом №48 – оформлен твёрдыми, прямыми геометрическими формами, это создаёт впечатление жёсткости, некой «дисциплинированности». Неизменным остаётся крылечко с металлическим навесом.

Дом №33 отремонтирован, особого оформления у него нет, но сохранено то, что всё же было. Добавлена пара фонариков уличного освещения, домик выглядит примером для подражания другим обладателям такого недвижимого добра. Аккуратность и контекстуальный подход, определяющий лучший вариант «пластики» лица дома, делают своё дело.

Дом на углу Пушкина и Греческой, принадлежащий оной с номером 18, — модерн с обилием элементов неоренессанса. Пилястры с коринфской капителью (особо нарядная форма «головы» колонны, в данном случае – декоративной), сандрики над окнами, оснащённые маскаронами. Причём те маскароны, что висят прямо над окном, ещё сохранили черты лица, а висящие в сандрике уже превратились в непонятную гульку, в которой узнать маленькое лицо можно, лишь пристально присмотревшись.

Если внимательно следить за южной стороной улицы Пушкина, то можно найти маленький асфальтированный проход, ведущий на вокзальный спуск – лесенку с фонарями, спускающуюся к вокзальной улице. На подходе к ней была обнаружена солидная куча мусора, оставленная неизвестным доброжелателем.

Как уже было замечено в предыдущей статье, места Старого города отличает тишина. Причём она окружает, лишь только ты пройдёшь первые метры улицы, уводящей от центральных транспортных артерий. Спокойствие улицы Семенишина не тревожат даже проносящиеся автобусы, «газельки» и троллейбусы, несущие граждан к «несгораемому ящику встреч и разлук», как выразился замечательный поэт Б. Пастернак о вокзалах. Старый город Мариуполь дремлет. То ли отдыхает от бурной молодости, то ли ждёт, когда пульс жизни в нём ускорится от новых свершений, тех новых эпох, о которых было сказано выше.

Максим ХОЛЯВИН

фото автора

 

 

Добавить запись в закладки:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Facebook
  • Мой Мир
  • Twitter
  • LiveJournal
  • В закладки Google
  • Яндекс.Закладки
  • del.icio.us
  • Digg
  • БобрДобр
  • MisterWong.RU
  • Memori.ru
  • МоёМесто.ru
  • Сто закладок
  • email

Оставить комментарий